Ох, если бы он только знал.

— Это как быть подключенным к источнику чистой силы. Она питает тебя. Я высоко поднялся. Сейчас я занимаю семнадцатое место в «Златом легионе».

Легионы Роланда были передовыми отрядами повелителей мертвых. «Золотой» был в первой полусотне, а «Серебряный» — в следующей полусотне.

— Я думала, что называется «Золотой легион».

— Название изменили в прошлом году, — сказал Гастек. — «Златой» звучит лучше. Управление вампирами похоже на все остальное. Оно требует практики и дисциплины, но, в конечном счете, тяжелая работа окупается. С каждым годом моя сила возрастает. Я мог бы быть в первой десятке, но я предпочитаю не делать ставку на это место.

— Почему нет?

— Ты не поймешь, — сказал Гастек.

— Испытай меня.

— Нет. Достаточно сказать, что я работал годами, и теперь все мои усилия привели меня сюда. В эту… дыру в земле. А сейчас я собираюсь отдохнуть. На сегодня я наговорил достаточно.

Гастек притих. Шли минуты. Его голова опустилась.

Я могла представить его во дворе школы, тощего ребенка в дешевой одежде, посылающего нежить за людьми, которые смотрели на него свысока. Кто знал?

Я закрыла глаза. Это было все, что я могла сделать. Мы выберемся отсюда.

Кэрран придет за мной. Конечно, он так и сделает.

***

КОМНАТУ ОСВЕЩАЛ КАМИН, и от него исходило тепло, такое роскошно горячее и мягкое, что долгое время я просто купалась в нем. Мне было тепло и сухо. В воздухе витал пикантный запах жареного мяса. Еда. Это был рай.

— Привет, детка, — сказал Хью. Небеса взяли и отменили.

Я обернулась. Он развалился в большом деревянном кресле, прислонившись к спинке, вытянув перед собой большие ноги в синих джинсах. Он был без рубашки, и свет камина играл на резко очерченных мышцах его груди и рук. На шее у него висел маленький кулон на простой стальной цепочке. Мне нравилось, как он сидел, такой свободный и расслабленный. Ему было бы труднее увернуться, а рядом со мной стоял прекрасный тяжелый стул.

Я схватилась за стул. Только я не пошевелилась.