— Мне следует оставить тебя здесь, сукин ты сын, — прорычал Кэрран. — Вытащите его.

Джим достал еще одну пилу.

Лезвие пилило решетку надо мной. Туда-сюда. Туда-сюда.

Пожалуйста, будь настоящим. Я протянула руку через решетку и коснулась его пальцев в обрезанных перчатках. Его рука была теплой.

— Держись, детка. Я держу тебя.

Какое-то существо вывалилось из дыры и приземлилось на решетку. Безволосый и мускулистый, он присел на четвереньки, будто никогда не ходил прямо. Толстые изогнутые когти венчали пальцы его ног. Грудь у него была широкая, задние конечности мускулистые, как у собаки-боксера. Из его позвоночника торчал костяной гребень. Массивные челюсти разжались, и клыки размером с палец пронзили воздух. Его глаза, глубоко посаженные и ярко-красные, горели голодом.

Вампир. Древний вампир, такой старый, что у меня по спине пробежали мурашки.

Кэрран резко обернулся. Вампир прыгнул. Правая рука Кэррана сомкнулась на горле вампира. Он развернулся, не обращая внимания на когти, рвущие его куртку, и впечатал голову нежити в стену. Череп вампира отскочил от кирпича. Кэрран оскалил зубы и снова и снова вбивал его в стену со свирепым лицом.

Кости затрещали. Кровь нежити забрызгала кирпичи. Кэрран в последний раз запустил кровососа в кирпич и открутил ему голову, будто отжимал белье. Тело вампира упало в одну сторону, голова — в другую.

— Показушник, — прошептала я.

— Держись. Почти закончили.

Он схватился за решетку. Кожа на его пальцах посерела — серебро обжигало его. Кэрран напрягся. Его ноги дрожали от напряжения. Последние две перекладины согнулись, и он отодвинул часть решетки в сторону, как крышку от консервной банки. Он упал на колени и потянулся ко мне. Я выскользнула из своих поручей. Должно быть, кто-то превратил мои ноги в свинец, потому что они тянули меня вниз, как якорь. Я тонула. Вода достигла моей шеи, рта… Он схватил меня за руку, вытащил через решетку на воздух и прижал к себе.

От него пахло Кэрраном. Он чувствовался так же. Я уткнулась лицом в изгиб его шеи. Его кожа была такой горячей, что обжигала.

— Не умирай у меня в руках. — Он поцеловал меня в лицо, снимая куртку. — Не умирай у меня на глазах.

Я не могла стоять. Я просто рухнула на решетку, держась за него.

Он завернул меня в свою куртку, обхватил руками и прыгнул.

Потом мы оказались в узком коридоре. Он пронес меня через него.

— Я люблю тебя, — сказала я ему.

— Я тоже тебя люблю. — Его голос был грубым. — Останься в живых, Кейт.