– Ваше высочество. Мы рады приветствовать вас в добром здравии.

– Позвольте выразить нашу радость от вашего неожиданного возвращения, – вслед за ней склонилась Ингрид, лихорадочно соображая, что же ей делать.

– Спасибо, господа, – заговорила Вильгельмина. – Генерал-регент, прежде чем приступить к текущим делам, мне необходимо поговорить с вами. Приглашаю вас сопроводить меня до псарни.

Ингрид, ничем не высказав свое удивление, кивнула.

– С вашего позволения, я удалюсь, – проговорил все еще улыбающийся Конрад. – Я должен увидеть жену.

– Постойте, – вырвалось у Ингрид. – Я послала человека за вашей дочерью, герцог Конрад. Через неделю или немногим больше они будут в столице. Передайте это своей жене, – закончила она, почти убедив сама себя, что именно так все и будет. Рудольф выживет и вернется к ней.

Конрад секунду пристально смотрел на нее, а потом медленно наклонил голову.

– Я в долгу у вас, генерал-регент.

– Генерал Фейербах, проводите герцога Конрада, – распорядилась Ингрид.

Вот и пригодилась.

Они только успели дойти до псарни, как оттуда послышался множественный лай и оглушительный шум. Навстречу Ингрид выбежали борзые, кинулись к ней, сделали круг, а после бросились к ее спутнице и чуть не сбили ее с ног. Все последние сомнения Ингрид растворились в восторженном собачьем лае. Только кронпринцесса Вильгельмина могла вызвать такую реакцию. Борзые кружили рядом с ней, поднимались на задние лапы, терлись о ноги и подвывали, радостно вывалив свои длинные языки. Подросший щенок, подарок тусарского принца, сначала притормозил у ног Ингрид, опустился на задние лапы и настороженно приподнял уши, но затем, помотав головой, присоединился к своим собратьям.

Вильгельмина гладила собак и трепала их за длинными ушами, а вокруг умилялись и разводили руками изумленные псари.

– Сокол-то ваш тоже прилетел, ваше высочество, – сказал один из них, вытирая ладонью выступившие слезы. – И конь в конюшне дожидается.

Ингрид и сама была готова прослезиться, видя картину всеобщего счастья. Однако Вильгельмина позвала ее сюда точно не за этим.

– Мы оба пошли на риск, генерал-регент, – сказала принцесса, когда собачьи восторги немного улеглись, а псари разошлись по своим делам. – И он себя оправдал.

– О чем вы, ваше высочество? – кашлянула Ингрид.

Вильгельмина потрепала борзую за мохнатый бок и подняла глаза.

– Вы пришли сюда, не будучи уверенной в том, что кузен Конрад привел не самозванку и не приготовил вам ловушку. А я пригласила вас, не зная, как вы ко мне относитесь.

А Вильгельмина, оказывается, не так уж глупа и ограничена, как рассказывали о ней многие придворные. Или она, как и сама Ингрид, прошла через известные ей одной испытания и изменилась. В любом случае, государство только выигрывало. Фредерика была мудрой и сильной королевой, пусть ее дочь окажется такой же.