– Все семьи, к которым я принадлежу, всегда были верны короне, ваше высочество, и останутся таковыми навсегда, – ответила Ингрид. – Заговорщики, кем бы они ни были, получат свое.

Кронпринцесса выпрямилась, взгляд ее был задумчив.

– Я знаю только, что герцоги Морской Длани непричастны к заговору. А герцог Зигфрид станет моим мужем, как только найдется.

– Поздравляю, ваше высочество, – откликнулась Ингрид прежде, чем удивиться. Ледяной светловолосый герцог станет принцем-консортом Илеханда. И как ему только это удалось? Ингрид вдруг вспомнила последнюю часть фразы Вильгельмины. – Что значит, найдется?

– Нам предстоит проделать большую работу, генерал-регент, – сильно сжала губы принцесса. – Мы должны объединить все, что нам известно, найти моего жениха и наказать всех виновных.

В ее взгляде Ингрид заметила плохо скрываемую тоску и ощутила, как сжалось ее сердце. Неужели они с этой маленькой будущей королевой теперь сестры по несчастью? Рудольф пропал где-то в болотах Железного Грота, и Зигфрид Корф, получается, тоже сгинул. Кто мог предположить, что Вильгельмине выпадет такое редкое в ее положении счастье, как брак по любви? У Ингрид не было доказательств верности своих мыслей, но она в них не сомневалась. Оставалось надеяться, что морской герцог отвечает на чувства Вильгельмины и, конечно же, вернется к ней. А теперь, перед тем как Ингрид примется за написание подробного отчета, принцессе необходимо узнать о своих возможных живых сестрах и двух задержанных герцогах.

Дворец эмира, Сурида

Дворец эмира, Сурида

Кадир внимательно смотрел на лицо матери, ожидая ее решения.

– Невероятная история, – вздохнула Гюльбахар, складывая руки на животе. Эта привычка появилась у нее совсем недавно – жест матери, защищающей свое пока не рожденное дитя. – Зигмунд Корф был хитрецом, но здесь он превзошел сам себя. Столько лет скрывать одну из наследниц.

– И это все, что ты хочешь сказать, мама?

– Мое мнение о ваших с Озаном выходках ничего не изменит, – пожала плечами Гюльбахар. – Мы были в одном шаге от войны или крупного скандала. Эмир зря считал, что ты разумнее брата. Что касается твоей невесты, то ты был прав, говоря о сложности вашего положения. Статус всех наследниц должна признать высшая власть, и это займет какое-то время. Но если тебе необходимо мое родительское благословение именно сейчас, то я даю его тебе.

– Я люблю ее, мама, – коротко сказал Кадир и про себя облегченно вздохнул. Значит, никаких препятствий, кроме предписанных законами и этикетом, перед ним не стоит.

– Я знаю, сын, – блеснула неожиданной улыбкой Гюльбахар. – Я поняла это, увидев твои глаза, когда ты впервые заговорил о ней.