Я вошёл в кабинет герцога и сразу понял: что-то случилось. Глаза его маниакально сияли, как бывало всякий раз, когда он рассматривал сферу, вертя её в руках. Будто это самое главное сокровище в его жизни. Сейчас же он выглядел, как жрец Защитницы, познавший Истину.
Я вошёл в кабинет герцога и сразу понял: что-то случилось. Глаза его маниакально сияли, как бывало всякий раз, когда он рассматривал сферу, вертя её в руках. Будто это самое главное сокровище в его жизни. Сейчас же он выглядел, как жрец Защитницы, познавший Истину.
– Миль, дорогой, – заговорил он, вцепившись в мой локоть, – я понял! Я всё понял!
– Миль, дорогой, – заговорил он, вцепившись в мой локоть, – я понял! Я всё понял!
– Что ты понял, Рон?
– Что ты понял, Рон?
Я осторожно высвободил локоть из хватки, но теперь Конвей вцепился в мою ладонь.
Я осторожно высвободил локоть из хватки, но теперь Конвей вцепился в мою ладонь.
– Я понял, как изменились свойства сферы. Это было элементарно! Это всё время было у нас на виду!
– Я понял, как изменились свойства сферы. Это было элементарно! Это всё время было у нас на виду!
– О чём ты?
– О чём ты?
– Ведь я же знал это с самого начала, и даже говорил тебе. Просто они всё напутали!
– Ведь я же знал это с самого начала, и даже говорил тебе. Просто они всё напутали!
– Кто знал? Что напутал? – Я всерьёз испугался за рассудок своего приятеля.
– Кто знал? Что напутал? – Я всерьёз испугался за рассудок своего приятеля.
– Вспомни, как появилась Сфера управления? Помнишь? Она же приняла жертву!
– Вспомни, как появилась Сфера управления? Помнишь? Она же приняла жертву!
На этих словах моё сердце захолодело. Я будто увидел, что Рон скажет мне дальше.
На этих словах моё сердце захолодело. Я будто увидел, что Рон скажет мне дальше.