Она усмехнулась. Этот смешок пробрал меня до пресловутых костей.

— Твой итальянец снова в городе.

Мы снова сменили тему. Условия были поставлены и приняты. Бабушка двинулась дальше.

— Да, в городе.

— Помни, что ты мне пообещала.

— Как я могу это забыть?

— Хорошо, — кивнула Виктория. — Он силен. Используй его, переспи с ним, если понадобится, но не вводи его в курс дела.

Меня уже достали советы от всех и каждого насчёт того, что мне делать с Алессандро.

— Помни, что ты принадлежишь своему Дому.

— Я знаю, — ответила я.

Мы пили наш чай.

— Бабушка, предположим у тебя есть группа людей на обширной территории со множеством путей отхода. Ты должна убить их всех до единого, но у тебя нет ресурсов оцепить их территорию. Чтобы ты сделала?

Виктория улыбнулась.

— Ты наконец-то начала задавать интересные вопросы. У этой группы есть лидер?

— Да.

— Тогда все просто, моя дорогая. Предложи ему то, что он хочет, и он сам сдаст тебе своих людей, чтобы заполучить желаемое.

Мне удалось продержаться до парковки. Проход через тюрьму уже стал ритуалом. Войдя туда, я с каждым шагом надевала на себя броню, облекаясь в образ внучки Виктории — холодной, расчетливой и безжалостной. Такой, как она. Такой, какую бы она одобрила. Выходя, я сбрасывала с себя эту броню кусками. Я не могла избавиться от нее окончательно. Бабушка наблюдала за мной, и если бы я пробралась в уборную выплакать стресс, она бы об этом узнала, и мне пришлось бы не сладко. Вместо этого, проходя через каждое помещение, я потихоньку избавлялась от напряжения. Выйти из сада, легонько вздохнуть. Повернуть за угол к главному коридору, сбросить часть доспеха. Дойти до ресепшена, оставить еще часть. Выйти из тюрьмы, выдохнуть, но не расслабляться, затем через парковку к машине, и еще две мили вниз к проселочной дороге.

Алессандро подъехал, как только я вышла. Я села в машину, и он тронулся, не сказав ни слова. Мы повернули направо и помчались по пустынной дороге. Я должна была просто ехать рядом с ним, но ритуал стал слишком укоренившимся. К тому времени, как в поле зрения появилась боковая дорога, я уже неглубоко и часто дышала.

— Поверни направо, — попросила я, запинаясь на словах.