Я взглянула на экран. Слева от Шерил возвышался тридцатифутовый Крушитель, напоминавший носорога на шести массивных ногах. Четверо людей на его панцире уже были готовы. Один из них встал в позу мага, руки согнуты в локтях, ладони подняты, пальцы сжимают невидимые сферы.

Полупрозрачная огненная фигура сгустилась вокруг Татьяны. На ее руках выросли призрачные когти длиной в фут. Чудовищная светящаяся голова образовалась над лицом Татьяны. Из ее спины росли шипы. Словно демон, сотканный из огня и стекла, окружил ее.

Хеллспаун. Высшее заклинание Дома Пирсов.

Татьяна ухмыльнулась, ее глаза горели чистым огнем, и демон ухмыльнулся вместе с ней.

Крушитель протиснулся сквозь пламя.

Татьяна раскрыла рот и изрыгнула поток белого огня.

Передняя часть Крушителя провисла, плавясь. Четыре человека, сидевшие на нем, вспыхнули, как свечи. Закапал расплавленный металл, Крушитель покачнулся, попытался подняться и рухнул в темную воду.

— Добро пожаловать в ад, — проревела Татьяна демоническим голосом.

Мне осталось нарисовать внешний обод. Я не могла больше смотреть. Мел в моих пальцах превратился в огрызок. Я выкинула его и достала второй кусочек.

— Раздавите ее, — взвыла Шерил из динамика дрона. — Все вы, сейчас же. Вперед!

Внутренняя граница. Перекрестные линии. Воздух запах сажей и горелым пластиком. У меня не было времени смотреть.

— Баг, что происходит?

— Много всего, Каталина. Слишком много всего.

— А поточнее?

— Татьяна продолжает плеваться огнем. Шерил посылает внутрь своих монстров-конструкторов. Татьяна плавит их, но они продолжают восстанавливаться. Минус бедолаги-мерзавцы, сидевшие на них. Позади нас по воде бегает мужик и крошит монстров в фарш. Настоящий Армагеддон.

Адское отродье, Хеллспаун, был невероятно могущественным, но Татьяна не могла поддерживать его вечно.

У меня на лбу выступил пот. Еще чуть больше времени.

Остров содрогнулся. Я подняла глаза. Один из конструкторов смог прорваться, топча здания. Люди закричали.

— Где ты? — спросил Алессандро, его голос окатил меня как ведро ледяной воды.

— Почти закончила. Осталось совсем чуть-чуть.