«И откуда такая прозорливость? Или у меня всё на лице написано?» — подумала она, осознав что в говоря о приключениях вспомнила Брендона.

Мэри Энн из солидарности только улыбнулась, сразу же прикрыв эту улыбку чашкой.

— Валерия, я в прошлый раз у тебя видела коллекцию оружия и минералов.

— Ну да, собралось немного.

— Можно изучить и если ты будешь не против, взять что-то в качестве элемента композиции? Я когда увидела, как что-то щёлкнуло. Хочу создать серию картин с оружием, натуральными камнями и красотой обнажённого тела.

— У меня не очень много больших камней, но кое-что подходящее найдётся.

— Я обещаю что буду обращаться аккуратно и возмещу тебе возможные волнения. Если хочешь, договор аренды составим.

Вот так за обсуждением творческих идей прошла половина дня. Проводив гостей, Валери наконец смогла посвятить время себе. Телефон снова издал жалобный писк.

«Надеюсь у тебя всё в порядке. Брендон.»

Забыв о первом сообщении, девушка испытала укол вины и тут же ответила, что была занята, но готова принять его сегодня или завтра ближе к вечеру. Договорившись встретится завтра, Валери со спокойной совестью отправилась спать. День вышел слишком насыщенным. И впервые за последнее время, её никто не разбудил.

Телефон оставался безмолвен и никто не стучался в двери ни в восемь утра, ни даже в девять. Она проснулась почти в час дня, впервые выспавшись за долгое время. Настроение было чудесное, не считая смутной тревоги, зреющей где-то на задворках сознания. Но учитывая насыщенность недели, в этом не было ничего удивительного.

После очень позднего завтрака, больше похожего на обед, позвонила одна клиентка и отменила запись. Решив что это судьба, девушка приступила к выполнению своего вчерашнего плана и опрокинув вторую чашку кофе, занялась уборкой.

Погода радовала неожиданно выглянувшим солнцем, что активно подсушивало влагу на улице. Прохладный ветерок позволял чувствовать себя более менее комфортно, поэтому лучше дня для прогулок и придумать нельзя было. Хотя всё-таки ощущалась лёгкая духота от испаряющейся влаги. Стоял запах мокрого асфальта и прошлогодней листьев, вперемешку с пыльцой.

Радуясь хорошей погоде и солнцу, на улицы вышли казалось все жители города. Кто-то в повседневном, кто-то в праздничном, парочки, одиночки, с детьми и без, было так много людей, что их прогулка больше напоминала какую-то демонстрацию.

Судя по направлению, они шли в центральный парк. С такой высоты наблюдать за улицами не составляло труда, но взгляд то и дело тянулся к лежащему на столе телефону. Валери ждала звонка или сообщения от Брендона и не могла никак убить в себе надежду. Пусть они совсем мало знакомы, пусть загадочность парня шла вразрез с её принципами, но ей просто хотелось его видеть.

«Хватит себе долбить мозг! Нашла, чем забивать голову. Пора устроить глобальную чистку и квартире, и себе!» — подумала Валери, решительно направляясь в сторону кладовки.

Дух никак себя не проявлял, что было крайне странно. Не было никаких скрипов, хлопков и даже привычного холодка. Словно ушло нечто важное. С одной стороны было жалко, но с другой, стало на удивление спокойно.

Распахнув все окна настежь, впустив тем самым свежий весенний ветерок, девушка включила музыку и взялась за тряпку. Именно бабушка научила её правильно убираться, что бы и негативную энергию убрать и порядок навести. Окна открывать нужно что бы свежий воздух изгнал застоявшуюся энергетику, начинать уборку лучше сверху вниз что бы негатив опустился к полу, а полы мыть водой с добавлением заговорённой соли. Можно было и обычную использовать, но сама Валери чувствовала больше пользы либо от заговорённой, либо от чёрной. Потом благовониями надо всё окурить и колокольчиком позвонить, что бы уж точно всё ушло.

Такая последовательность действий вызывала в душе покой и приводила в порядок мысли. Поскольку лёгкую уборку она делала совсем недавно, работы предстояло не так уж и много. Персиваль Желтоглазый тоже помогал, бегая из угла в угол, он разносил пыль по своим местам, чем заслужил выселение в ванную на всё время уборки.

Перебирая посуду и безжалостно отправляя в мусорное ведро всё негодное, треснутое и потерявшее свой внешний вид или функционал, Валери поняла, что безобидное на первый взгляд занятие, превратилось в побег. Она как будто пряталась от лишних мыслей, а этих мыслей было очень много.

В первую очередь, конечно же о бедняге Лео. Его приступы просто не могли не пугать, ведь внутри было что-то тёмное и хищное, оно рвалось на свободу и девушка не знала, сколь долго сможет это сдерживать. Что самое странное, его родители не имели за собой никаких подобных отклонений. Со вчерашнего дня он просто не шёл у неё из головы. Пусть приступ был совсем слабым, но то что у него внутри, могло запросто пробиться наружу в любой момент. Но больше всего, Валери беспокоила тупиковость ситуации. Она действительно не знала, что делать дальше. И подсказать некому.

Закончив уборку, девушка устало упала на диван, но тут же раздалась протяжная трель дверного звонка. Нехотя поднявшись, Валери поплелась в сторону входа, что бы открыв дверь издать вздох удивления. Эту гостью сегодня она никак не ожидала увидеть, но все равно была ей рада.

— Так и знала что застану тебя дома! — улыбнулась Беатрис, проходя внутрь.

— Ну я и работаю и живу дома. Так что можно сказать что всё в одних стенах. — привычно отмахнулась девушка.

Выглядела женщина как всегда великолепно. Аккуратная прическа и строгое платье под горло с длинными рукавами, благородного, тёмно-синего цвета. Повесив серое пальто на вешалку, она сняла перчатки и мельком взглянув в зеркало, направилась в гостиную.

Что-то в её облике изменилось. Не с ног на голову, совсем незаметно, но от этих изменений словно разгладились некоторые, особенно глубокие морщины.

— Выглядите замечательно. — не удержалась от комплимента Валери, чувствуя себя немного неуютно рядом с такой шикарной женщиной.

— Прости, что так поздно и без звонка. Я знаю что это совсем не в моём характере, но не могла ждать. — чуть смущенно произнесла женщина.

— Решили ехать? — кивнула девушка, попав своей догадкой прямо в цель, судя по внезапно округлившимся глазам своей гостьи.

— Сколько тебя знаю, а всё никак привыкнуть не могу к твоей прозорливости. Да, я пришла попрощаться. Всё как ты и говорила, ждёт меня дальняя дорога, а жизнь не заканчивается в моём возрасте.

— И что же повлияло на ваше решение? Помнится, вы были резко против переезда к сыну.

— Мне сон приснился. Он то и заставил пересмотреть всю свою жизнь. — начала рассказывать Беатрис. — Сегодня ночью мужа увидела, он мне редко снился, но в основном утешал, а в этот раз злой был. Я к нему подошла, обнимать начала, а он как камень, даже не дёрнулся. Я ему душу начала изливать, говорила как скучаю, как тяжело живу, а он так головой мотнул, будто я его предала. Взгляд брезгливый, холодный. Посмотрел он на меня так, а потом как закричит: «Уходи! Надоела! Видеть тебя больше не хочу!»

— Жуть какая. — не удержалась от комментария Валери.

— И я о том же. Он при жизни был человеком сильным, но никогда я от него слова грубого не слышала, а тут будто за всю жизнь отыграться решил. Я прямо во сне и расплакалась, проснулась сама не своя. Сначала горько было, что он со мной так грубо, будто не прожили жизнь, будто чужие люди. Уснуть уже не смогла, всё ходила и думала. Он бы никогда на меня не сорвался, благородный человек был, терпеливый, мы и поплакать вместе могли и помолчать, а смеялись от души и до боли во всём теле. Никогда не стал бы он мне грубить просто так. Я раньше думала, что моя жизнь закончена, нужно только дождаться конца и к тебе приходила узнать как его душа. Не знаю, как ты выносила моё присутствие и вечные вопросы.

— Работа такая.

— Вот и я о том же, у тебя призвание людям помогать и мне ты помогла. Я бы может так и тосковала по нему, если бы не разговоры. Думала что только рядом с ним смогу покой обрести. Даже за похороны ходила узнавать. Но утром сын позвонил, рассказал как у него дела, а мне сердце кольнуло, что вот надо ехать и в этот момент он говорит: «Мама, приезжай. Очень по тебе соскучился». Я и согласилась, решила с концами уехать. Продать всё да с одним чемоданом на другой конец света.

— Я за вас очень рада, хотя немного печально прощаться. — с оттенком светлой печали в голосе, призналась девушка.

За спиной у женщины стоял полупрозрачный образ. Это была остаточная энергия с осколком души её супруга. Ему пришлось пойти на крайние меры, чтобы убедить жену уехать.

Он давно этого хотел, но Беатрис упорно твердила, что её место здесь. Но по сути, ничего кроме могилы мужа её не держало. Сын уехал, друзья и знакомые тоже давно либо разъехались, либо отправились на кладбище. Она и сама ощущала это одиночество, поэтому и приходила к Валери за ответами и просто поговорить. Пусть и через шок, но наконец-то решилась на перемены.

Пусть девушка не всегда видела будущее, но в этот раз ощущала его особенно чётко. Беатрис ждали ещё долгие годы насыщенной и яркой жизни. Отпустив прошлое, она открыла для себя новую дорогу.

Неожиданно, в повисшую тишину ворвался телефонный звонок. Подняв трубку, она услышала взволнованный голос Мэри Энн: