— Да, я позаботилась об этом, — отозвалась она. — Кто ещё позаботится, если не я? Слишком легкомысленно с твоей стороны приводить в дом девушку, которую ты едва знаешь, и сразу же делать её матерью своих детей, даже не зная наверняка, подходит ли она в действительности на эту роль, — буквально выплюнула, выдержала небольшую паузу. — И в итоге я оказалась права! Девчонка сбежала, как только поняла, что беременна, не желая брать на себя такую ответственность! — ещё и обвинила.

Где-то здесь остатки моего терпения закончились. Грохот разлетевшейся на осколки вазы, рухнувшей на пол вместе с остальными предметами, которые я в порыве всплеска ярости снёс с комода, — прозвучал отдельно от того, что бурлило и кипело в моей голове. Лали отпрыгнула подальше, вовсе забилась в угол. Я же двинулся поближе к матери.

— Я не спрашивал твоего мнения, — процедил сквозь зубы. — Я спросил: что ты сделала, мама?

Стоящая напротив брезгливо поморщилась. Потянулась к моей руке в намерении сжать и призвать успокоиться. Не позволил.

— Говори!

Вздрогнула.

— Фидан давала ей противозачаточные! — сдалась. — Всё это время! В самый первый день, как ты привёл эту девушку, я приказала ей их давать и следить за тем, чтобы госпожа невестка обязательно всё принимала! Самые надёжные и эффективные!

Ещё никогда в жизни мне не хотелось столь непреодолимо ударить женщину…

Не ударил.

Почти.

Кулак прилетел в стену.

Легче от этого совсем не стало.

— Фидан! — рявкнул.

Безмолвная услужливая тень моей матери появилась рядом в считанные секунды, успев избавиться от врученных ей пакетов.

— Моя мать отдала тебе распоряжение. Касающееся моей жены. В первый же день после того, как я привёз Аиду на виллу. Распоряжение, о котором меня никто не поставил в известность, — постановил уже очевидное. — Это так?

В отличие от Ирем Шахмаз, в этой женщине не было столько бессовестной выдержки. Мигом побледнела. Губы задрожали. А на глаза навернулись слёзы. Попятилась от меня с таким праведным страхом, словно я её придушить собирался.

— Отвечай! — пришлось прикрикнуть.

Остановилась. Нервно скомкала пальцами белый фартук, повязанный поверх формы. Уставилась в пол.

— Да, господин Алихан. Ирем-султан приказала съездить в аптеку и купить лекарство для госпожи невестки. Самое эффективное, которое только есть. Противозачаточные, — забормотала сбивчиво, всхлипнув. — Я купила, да. Ирем-султан приказала следить, чтоб госпожа невестка принимала. И никому не рассказывать, даже самой госпоже невестке. Вот я и… — умолкла, снова всхлипнула, потом и вовсе разрыдалась, — не расска-за-а-ла… — рухнула на колени, а затем и вовсе взмолилась: — Простите, госпожа, — запричитала, двинувшись в сторону матери. — Я... я… я… не смогл-ла-а… Простите меня, пожалуйста. Не выгоняйте. Я вас очень прошу-у!