И если меня передёрнуло от того, что основной сути она совсем не уловила, безмолвно согласившись на приказ, касающийся лично меня, то...

— Что значит, ты не смогла? — перекосило Шахмаз-старшую.

То и значит, мама…

Мысленно усмехнулся.

А Фидан заново умолять принялась:

— В первый день, когда я смешала коктейль, как вы приказали, госпожа невестка не стала пить его. Отказалась, сказала, не любит такое, — сквозь слёзы, выдавила из себя осипшим голосом служащая. — Потом, после завтрака, они с господином Алиханом уехали в Измир. Другой возможности не осталось. А потом… Она же такая молодая. И добрая. И так хорошо ко всем относится, — принялась перечислять. — У меня рука не поднялась, такой грех на душу взять. Травить госпожу невестку... — уставилась на меня с жалостью в глазах. — Простите меня, пожалуйста, господин Алихан! Я не смогла вам сказать. Мне очень нужна эта работа! Мне больше некуда идти…

Тяжело выдохнул. Как если с плеч здоровенный груз свалился.

— Если тебе в самом деле нужна эта работа, то и выполнять её надо было по совести, — отчеканила между тем Шахмаз-старшая. — Ты уволена, Фидан, — вынесла приговором.

Тут не мог не согласиться.

Вот именно…

— По совести, — произнёс, вместе с кривой насмешкой. — Как ты вовремя про совесть вспомнила, — заметил, на фоне очередных причитаний Фидан.

Та так и не поднялась с колен, размазывая слезы по щекам.

— Уходи, — нисколько не прониклась её мольбами мама. — Чтоб к утру и духа твоего здесь не было, — закончила безжалостно.

— Нет.

Всего одно моё слово, и поток рыданий прекратился.

— Нет? — неверяще уточнила Фидан.

— Нет? — поразилась и мать.

Всё-таки прежде я никогда не лез в домашние дела и склоки с персоналом, эта привилегия всегда принадлежала хозяйке дома.

— Фидан останется, — подтвердил. — А вот ты действительно покинешь этот дом, мама. Раз и навсегда. Скоро я уйду. А когда вернусь, не хочу тебя видеть здесь. Собирай свои вещи и уходи.

И даже тогда она не поверила. Уставилась на меня с явным сомнением. Словно я сам не понимал, что несу. Впрочем, её выдержка тоже трещала по швам. Письмо Аиды выпало из рук.