Что я вообще делала? Нельзя впускать в себя подобные мысли. Это нездоро́во. Голос Нейта должен исчезнуть из моей головы.

Мне срочно требовалось отвлечься.

Пиво стало моим новым лучшим другом. На самом деле я совершенно не любила эту штуку, но у Кейдена в холодильнике больше ничего не оказалось, а впоследствии выяснилось, что горький привкус постепенно пропадает после четвертой опустошенной бутылки.

Мы сидели у Элли и Кейдена и по моему выбору смотрели «Холостячку». Пока Кейден, Скотт и я обсуждали, каких мужчин считали нормальными, а каких просто терпеть не могли, Элли помогала Монике в ванной перекрасить волосы. Спенсер и Итан как раз вернулись с двумя пиццами, которые мы заказали, и раскладывали ее на журнальном столике в гостиной.

– О, вау, даже не подумал бы, что Митчелл не вылетит, – заявил Скотт, пытаясь разглядеть что-то на экране за Итаном.

– Я тоже. Он козел, – согласилась я.

– Повторите-ка, это который? – спросил Кейден и протянул мне новую бутылку пива.

– Со светлыми волосами.

– Там двадцать блондинов, Скотт.

Скотт закатил глаза:

– Со светлыми волосами средней длины и божественным лицом. Тренер по серфингу.

– А. Этот. – Кейден покосился на меня, обращаясь за помощью, и я спрятала ухмылку за бутылкой номер пять.

Спенсер сел на диван возле меня. Я старалась избегать его взгляда и вместо этого пялилась на блондинистого тренера по серфингу, который только что получил свою розу и путь в полуфинал.

– Эта женщина просто слепая, если не пропустит дальше Родриго, – сказал Скотт.

– Это кто? – спросил Кейден.

Скотт вздохнул.

– Парень, который все время ходит в комбинезоне на бретельках. Садовник, – помогла ему я.

– А, тот, который ничего не надевает под свой комбинезон и вечно расстегивает одну бретельку? Дилетант.

Я подняла бутылку в сторону Кейдена, и мы чокнулись пивом. Пиво – это круто. А иметь друга-собутыльника – еще круче.