В который раз.

В который раз – с гулко бьющимся сердцем.

В ее комнате было тихо и темно. В окно вместо солнца светила неполная луна. А вместо Брента рядом была пустота и неподвижные тени.

Джесс лежала на кровати, откинув одеяло в сторону. Ее грудь часто вздымалась, а лицо стало мокрым от слез.

Снова кошмар. И снова слезы – в кошмаре она не плакала, а наяву оказалось, что да.

И снова она видела Брента.

Но разве может быть кошмар быть столь реалистичным? Она все помнила до мельчайших подробностей.

Джесс готова была поклясться, что чувствовала все как наяву – и прикосновения, и поцелуи, и наслаждение.

Ее вновь обвели вокруг пальца.

Она услышала собственный смех – он раздавался из зеркала.

Прекрасно осознавая, что не должна делать это, Джесс встала, спешно вытерла слезы и осторожно подошла к зеркалу, с трудом поборов колкий едкий страх, живущий в левой стороне груди.

Не-Джессика уже ждала ее. Стояла, уперев руки в боки. В волосах – серебряная заколка в виде лилии с шестью лепестками. И улыбалась глумливо. В ее комнате тоже было темно – лишь круглая луна, повисшая в черноте за окном, серебрила комнату слабым светом.

– Как путешествие в безумие? Понравилось? – спросила она весело.

– Я тебя уничтожу, – пообещала вдруг тихо Джесс, поняв, что не хочет больше видеть свою вторую личность. Перед глазами до сих пор стояла картина – мертвый Брент в крови, медленно таявший в воздухе. Его застывший взгляд и – как контраст! – еще теплые руки.

Это придало ей сил.

– Что? – картинно приложила к уху ладонь не-Джессика. Ее длинные ногти искрились алым.

– Я. Тебя. Уничтожу, – повторила громче и увереннее Джесс.

Нужно разбить зеркало.

Она не будет больше бояться.

Она не сломается.