Когда Лиза вышла из машины возле дома, она почувствовала, как снежинки падают на лицо и тут же тают.

Словно боясь, что она куда-то денется, Макс взял ее за руку и потащил к подъезду. Лиза не сопротивлялась, хотя смотреть на Самойлова у нее не было ни сил, ни желания. Дома она сбросила куртку на пуфик и тут же ушла к себе в комнату. Долго не выходила, тогда как обычно почти сразу же шла в душ. А Макс не мог заставить себя заняться хоть чем-то, пока не увидел, как она, босиком, в своем коротком халате, идет в ванную. И только когда услышал звук льющейся воды, ощутил, как что-то внутри становится на место.

Утром Лиза даже не поздоровалась. Ходила с таким видом, словно Макса вообще нет. С каменным выражением лица налила себе чай, взяла из холодильника грушу и творожок, проигнорировав приготовленную им овсянку, и ушла к себе в комнату. На его попытки завести разговор она не реагировала, а когда он попытался усадить ее за стол, полоснула взглядом так, что Макс решил оставить ее в покое. Не хочет – не надо! Не хватало ему только на полусогнутых перед ней ходить.

В препоганейшем настроении он уселся за стол в одиночестве. Из Лизкиной комнаты доносился шум работающего телевизора, и это действовало ему на нервы. Пока он мусолил кашу, Лиза успела вернуться в кухню, вымыла чашку и поставила ее сушиться. Он старался не смотреть на нее, но взгляд то и дело упирался в гибкую спину и опускался к ягодицам, обтянутым тонкой тканью домашних штанов. Как же она раздражала его…

- Сядь, поешь, - выдавил Макс, стараясь не обращать внимания на острое желание подойти ближе.

Лиза и не подумала повернуться к нему. Закрыла шкафчик, вытерла руки и ушла. Он проводил ее хмурым взглядом и, допив чай одним большим глотком, встал из-за стола. Очень хотелось догнать ее, схватить за шкирку, развернуть к себе и… и фиг знает, что сделать дальше.

Вчера вечером он и сам не понял, что произошло. Убить был готов собственными руками, а потом остался в машине один и… И как перемкнуло. На полу под ногами что-то запиликало негромкой мелодией, и он понял, что это Лизкин телефон. Сквозь окно он видел ее силуэт, размытый темнотой и тусклым светом фонарей. И вдруг стало не по себе, мозг подавал отчаянные сигналы к действию, глаза впивались в сумрак поздней осени. Он оказался на улице быстрее, чем успел что-то для себя решить, догнал, схватил крепко, чтобы точно не вырвалась. И если бы Лиза в тот момент начала кричать, он бы, наверное, просто закрыл ей рот ладонью.

Глава 49

Глава 49

Москва, ноябрь 2016 года