— Захочешь кричать — кричи! Здесь нас никто не услышит, — хрипло предупредил Кирилл и властно захватил вершинку груди губами.

Ульяна нервно засмеялась и сразу прикусила губу. Кирилл поднял голову, угрожающе прищурился и, не отрывая глаз от ее лица, провел рукой по животу, по гладкому лобку, а потом подхватил за икры, стянул на край кровати, сам встав на колени у ее ног.

Ульяна ухватилась за его плечи, развела колени и уперлась носочками в пол, когда он снова нашел нежные складочки рукой и довольно ухмыльнулся, ощутив на пальцах желанную влагу.

— О да, ты будешь кричать, — расплылся он в развратной улыбке, ввел один палец во влагалище, а вынув, провел по ее дрожащим губам и впился в них долгим поцелуем.

Лаская ее нежное горячее местечко рукой, он опустил поцелуи к шее, ключице и нетерпеливо терся уже возбужденным членом о внутреннюю поверхность ее бедра.

Протяжно застонав и подставив шею под жалящие поцелуи, Ульяна просунула руку между собой и Кириллом и обхватила его напряженный член: он так манил своей упругостью и мощью. Откровенно наслаждаясь нежностью его кожи и температурой, она водила рукой вверх-вниз то сдавливая пальцы, то ускоряя темп.

Покусывая ее плечо от удовольствия, Кирилл видел, как она обводит губы языком и чувствовал, чего ей хочется сейчас. Нехотя отведя губы от ее кожи, он медленно поднялся с колен, вытянувшись во весь рост, и предстал перед ее лицом с гордо поднятым стволом, подрагивающим от усиливающейся эрекции.

Ульяна восхищенно раскрыла рот, жадно сглотнула и посмотрела вверх. В глазах Кирилла пылали нетерпение и жажда овладеть ею. Она осторожно положила одну руку ему на бедро, а второй обхватила член у основания. Мышцы его живота дрогнули, четче выделив кубики пресса. Ульяна сладко улыбнулась и, увереннее уперев носки в пол по обе стороны от мужчины, потянулась вперед.

С неописуемым восторгом она вобрала в себя головку члена, такую тугую, нежную, плотно сомкнула губы и стала медленно круговыми движениями языка выписывать узоры на уздечке. Кирилл задышал часто, выгибаясь ей навстречу. Слюны стало столько, что Ульяна едва не захлебнулась, и стала обильно смачивать ствол ею, водя языком по всей длине, целуя и посасывая, как самый сладкий леденец.

В какой-то момент у Кирилла перехватило дыхание, и он запустил пальцы в ее волосы на висках, склонился и впился в ее горячие губы. От них пахло его секретом, и это возбуждало еще сильнее. Но Ульяна нахально отпихнула его, сердито сведя брови за то, что он не дает ей насладиться таким долгожданным призом, и от безумного удовольствия и волнующей щекотки в паху он беззвучно рассмеялся.