– Даша, я думала, что ты была увлечена им в школе…

– Я и была.

– Даш, ну ты же сама только что сказала, что любила его.

– Мне так казалось. Да ладно тебе, – махнула она рукой. – Не жалей меня. Не так уж плохо нам было вместе, а мне есть, что вспомнить. Например, то, как он исходил слюной, когда я снимала брюки, или подставляла живот под его поцелуи.

У Юли порозовели щеки от таких подробностей.

– Даша, не надо, – попросила она.

А Дашу это развеселило и она, сверкнув глазами, стала выдавать новые подробности своего скоротечного романа.

– Да ладно. Он хороший любовник, несмотря на то, что в душе еще где-то остается ребенком. Тело его для кровати уже годится. Хотя может и мозг тоже.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Это был забавный случай. Знаешь, однажды, когда мы остались с ним вдвоем – как сейчас помню, на мне был розовый топик и белые джинсы – я расстегнула на своих джинсах пуговицу и ширинку, так что стали видны трусики…

– Даша, не надо мне таких подробностей! – покраснела Юля.

– Да я тебе еще ничего не сказала, – удивилась та. – Так вот, трусики на мне в тот день были голубого цвета.

– Даша, – попросила Юля.

– Да что, Даша? Ты сейчас, кстати, на Димку похожа, – усмехнулась она. – Только он краснел не от стыда.

Юля помотала головой и залилась краской сильнее.

– Ты послушай, – произнесла Дашка. – Так вот, он когда увидел часть моих трусиков – а я джинсы еще не сняла – он, знаешь, вдруг начал исходиться, как кот мартовский, нажравшийся валерьянки.

Юля схватилась за голову. Ее вдруг одолела стыдливость. Почему-то ей было очень стыдно представить себе Димку в подобной ситуации.

– Причем, знаешь, самое главное, не понятно, чего это он вдруг. Обычно мужики на голое тело реагируют, а он… По-моему, он и сам удивился своей реакции. Никогда не знаешь, что на них подействует возбуждающе…

Юля помотала головой.

– Да, – протянула Даша. – Диди сам не знал, что его возбуждают голубые трусики… Ты бы видела, как его руки задрожали, когда он до них дотронулся…