Женщина умылась, оделась. Глянув на кофр, разбирать его не стала. В этом доме она ненадолго.

Через полчаса позавтракала и в поисках хозяина спустилась в холл. Как оказалось вовремя.

Во входную дверь позвонили.

Невесть откуда появившаяся Бертина открыла дверь, с сомнением глянула на мадам Ле Бретон, задержавшуюся в холле, и впустила… мистера Макинтайра.

Ольга ожидала увидеть кого угодно, только не его. На меховом воротнике его расстёгнутого пальто и волосах цвета светлой меди таяли снежинки. Голубые глаза лучились удовольствием и радостью. И этот его шерстяной шарф в жёлто-коричневую шотландскую клетку…

Выглядел Кадди настолько привлекательно, что Ольга не сразу нашлась, что ответить на его приветствие. Растерялась.

Он протянул ей букет хризантем и улыбнулся:

— Рад снова видеть вас, Авелин.

— Merci, — вспомнила она о французском акценте. — Очень люблю хризантемы, — уткнула нос в крупные белоснежные бутоны. Догадалась: — Вы продали дом! C'est merveilleux! (фр., Как чудесно!)

— Исключительно благодаря вам.

— Мне надлежит вернуть вам ключ. Сейчас принесу, — провожала взглядом уходившую в сторону кухни Бертину.

— Оставьте, — заторопился Кадди. — Мистер Уилкинсон заселится через две недели, когда выплатит вторую часть стоимости дома. До тех пор дом в полном вашем распоряжении.

— Merci. Вы сегодня уезжаете, — вспомнила Ольга.

— И вернусь через две недели, — продолжил доктор.

Она вздохнула:

— Сожалею, но не могу пригласить вас на чашку чаю. Я гостья в этом доме.

— Как ваша подруга? В поместье Фалметт, где я рассчитывал застать вас, мне сказали, что вчера вы уехали с графом Малгри.