Светлый фон

Она прошла в ванную комнату и ополоснула холодной водой пунцовые щёки. В дрожащем пламени свечи в зеркале отразилась незнакомка. Разве это она, Ольга? С плотно сжатыми губами, лихорадочным румянцем на щеках, расширившимися от возбуждения глазами. Дерзкая, вздорная, невыносимая!

Если граф поверил в её игру, значит, вышло убедительно.

Она вернулась к кофру, сняла платье, надоевший корсет. Облачилась в ночную сорочку и накинула поверх неё шлафрок с сочным бухарским рисунком. Достала красную книгу. От яркого света керосиновой лампы заслезились глаза.

Ольга приглушила свет и продолжила листать дневник.

Шуршали переворачиваемые страницы; исходящее тепло от камина приятно согревало. Корявая ветка и крошечная горстка косточек — всё, что осталась от большой грозди крупного розового винограда. Было вкусно.

Смотрела рисунки, а перед мысленным взором то и дело всплывали лица Мартина и Стэнли. В ушах затихающим эхом разносились их голоса.

— Я ждал возвращения вашей души… — просачивался в сознание обволакивающий голос графа. — Должен быть выход…

— Не даёт вам права… — сердитым шмелем гудел виконт.

— Бесстыдная, невоспитанная самозванка! — разъярённым тигром шипел Мартин. — Перешли границу дозволенного…

На портрет Уайта Ольга глянула с прищуром. Ещё одно препятствие на её пути.

— Примите соболезнования, — мёртвой хваткой вцепился в её руку Поль. — Рад знакомству.

Женщина тяжело протяжно вздохнула и открыла глаза. Задремала.

Ей показалось или, в самом деле, стучали в дверь?

Прислушалась. В напряжённой тишине слышалось собственное дыхание да биение сердца.

Показалось.

В камине тлеют угли.

Ольга всмотрелась в циферблат часов, но в сгустившейся темноте римские цифры слились в неразборчивый геометрический рисунок.

Красная книга съехала с колен и оказалась под боком. Роговые шпильки разбросаны по поверхности одеяла. Ныла шея, затёкшая от неудобного положения.

Женщина вытащила из-под подушки валик и отбросила его в изножье кровати. Подбила подушку.

От повторного тихого стука насторожилась. То, что дверь она не запирала, помнила отчётливо.