В «Скайпе» мы сказали друг другу, что хотим опять начать разговаривать. Совсем как раньше. И то, что сейчас он доверился мне, показывало, что он настроен серьезно. Быть может, у нас и правда получится. Разговаривать, по крайней мере. И в данный момент мне хотелось дать ему понять, что я чувствовала то же самое. Сделав глубокий вдох, я откашлялась.

– Мой отец арестован и предстанет перед судом, – выпалила я.

Нолан застыл так резко, что стал похож на статую.

– Мама заявила о нем в полицию, – продолжила я, прежде чем он успел ответить.

– Ох, Эверли, – пробормотал он. – А как ты к этому относишься?

Я с трудом сглотнула:

– Пока еще до сих пор не могу поверить, что мама действительно это сделала.

– Я жутко рад, что она совершила этот шаг и тебе больше не грозит опасность.

Я кивнула:

– И я. Пусть мне и кажется, что это не по-настоящему.

Нолан проворчал:

– Тебя можно понять.

Повисла непродолжительная пауза, во время которой никто из нас не произносил ни слова. Во всем виде Нолана сквозило облегчение, он произнес эти слова от чистого сердца… и меня это тронуло.

– Тебе в какую сторону? – внезапно спросил он.

Подняв голову, я обнаружила, что мы добрались до выхода. Во рту у меня совсем пересохло, когда двери открылись и мы вышли на холод.

Я покосилась на Нолана. Одна прядь русых волос упала ему на лоб, и у меня зачесались руки заправить ее обратно. Сунув их в карманы пальто, я глубоко вздохнула.

– Мне нужно в университет. У меня… у меня там собеседование, – выговорила я наконец и ощутила, как к щекам приливает жар.

У Нолана слегка расширились глаза.

– Ты собираешься работать в университете?

Я кивнула: