– Простите, доктор, – смутилась Ли.

– Ко мне положено обращаться «капитан Делож».

Капитан разбинтовал лицо Тони. Открылся небольшой отек и легкие ссадины на щеках.

– Отличный нос, прямой. Назовем эту модель «Роберт Тейлор»[78].

Чичи изучила произведение искусства.

– Спасибо вам, доктор, – сказала она.

– Даже лучше, чем у Тайрона Пауэра! – восхитилась Ли.

– Да дайте же мне зеркало, наконец! – потребовал Тони.

Чичи протянула Тони свою пудреницу с зеркальцем. Он изучил свой новый нос.

– Недурно, капитан, – заключил он. – Весьма недурно. Благодарю вас.

Новый нос Тони Армы был изящнее оригинала. Прямой, даже точеный, совсем не похожий на картошку, он идеально подходил остальным чертам лица.

Появилась сестра милосердия и приложила по сторонам нового носа Тони небольшие компрессы со льдом. Чичи вызвалась придерживать компрессы, и сестра перешла к другим пациентам.

– По-моему, дорабатывать тут нечего, – заключил доктор Делож, уходя. – Можете сдать свой билет в Скрэнтон.

– Да я если и хотел бы, не смог бы поехать в Скрэнтон, – вздохнул Тони, беря с алюминиевой тумбочки на колесиках распечатанный конверт и протягивая его Чичи. – Приказ уже получен.

Чичи прочла письмо.

– Еще шесть месяцев службы. – Она передала письмо Ли.

– Ты этот новый нос береги, Тони. В Голливуде для твоей физиономии уже приготовлено место, – сказала Ли.

– Серьезно? – рассмеялся Тони.

– Она над этим работает, – заверила его Чичи.

– Но как только я скину форму, первым делом не съемки, а женитьба. Правда, Чич?