— Готова?

— Ага, — впрыгиваю в свои стильные замшевые сапожки.

— Тогда поехали.

Кирилл надевает пальто и помогает мне расправиться с укороченной шубкой. В лифте я сразу же оказываюсь прижатой к стене. Немного грубоватые прикосновения только распаляют воображение, а настойчивые губы, как вишенка на торте, превращают тело в какую-то ничего не соображающую желейную массу. Голова точно идет кругом.

Разве такое вообще возможно? Быть настолько влюбленной спустя пять лет?

Раньше мне казалось это чем-то невообразимым. Сейчас это та реальность, в которой я живу. В которой счастлива.

— Люблю тебя, — бормочу, чувствуя легкую дрожь от накативших эмоций.

— Люблю.

В мои губы мгновенно летит ответное признание, а створки лифта расползаются в разные стороны.

На улице разгоряченную кожу обдает легким морозцем. Кирилл крепко держит меня за руку, лишая, к счастью, возможности распластаться на обледенелом асфальте.

— Кстати, есть новость, — Кир хлопает дверью, усевшись за руль. Я успеваю накинуть ремень и повернуть голову на его голос. На самом деле у меня для него тоже есть новость. Довольно волнительная.

— Какая?

— В четверг улетаю в Мурманск. Недельная командировка.

— Так себе новость.

— Дослушай, — ухмыляется. — По возвращении Токман подпишет рапорт на отпуск.

— Серьезно? — начинаю ерзать в кресле, а по выражению лица мужа понимаю, что все же так и не дослушала.

— Да. Бардачок открой.

С интересом тянусь к бардачку, чуть закусив нижнюю губу.

— Что это? — открываю конверт. — Мы летим кататься на лыжах?

— Щас можно сказать: «С годовщиной, любимая», — Кирилл снова посмеивается. — Еще там поройся.