Отец хмурится и прикладывает пальцы к подбородку. Я знаю, что в его голове моментально обыгрывается правильная картинка.

— Поздравляю. Ты молодец, — вытягивает ладонь, чтобы пожать мне руку.

Настороженно отвечаю на этот его жест, наблюдая за тем, как отец выходит из кухни. На пару секунд даже подвисаю.

В себя прихожу от Олькиного голоса, она стоит рядом, касаясь моего плеча пальчиками.

— Твой папа там тост сказал и дочкой меня назвал… У него все хорошо? Кирилл?

— Видимо, да, — заключаю ее в кольцо рук и, приподняв над полом, усаживаю на столешницу. — Платье снимать пока не будем.

— Ты обалдел? Бушманов! Руки. Руки в карманы убери, — она смеется, удерживая мои запястья. Словно это бы меня остановило.

— Домой поехали, на сегодня общения с родственничками достаточно.

— А я только вошла во вкус. Твой крестный пригласил меня на следующий медленный танец.

— Поведи себя по-хамски и сбеги со мной, — ухмыляюсь, зарываясь пальцами в ее пышные волосы.

— Один раз можно, — Олька облизывает губы и ведет острым носом туфли по моей ноге.

— Вызываю такси.

Эпилог

Эпилог

Пять лет спустя

— Кирилл, ты на ужин не останешься, что ли?

— Поеду, Наталья Алексеевна.

Жена Токмана прищуривается и недовольно кривит губы.

— Знаешь что, Натальей Алексеевной я буду лет… Нет, никогда не буду. Просто Тата. Тысячу раз уже говорила.