– Тебе это не нравится?

– Не нравится, что ты один.

Он посмотрел на меня, его взгляд, казалось, проникал мне внутрь.

– Сегодня вечером у меня есть компания.

* * *

Ронан повел меня вверх по лестнице к угловой квартире, на двери которой красовалась вывеска «ОФИС».

– Не жди многого, – предупредил он и, впустив меня внутрь, включил свет.

Он не обманул. Квартира оказалась маленькой, без излишеств, но чистой. Больше всего меня поразила ее пустота. Ни картин на стене, ни фотографий на кофейном столике. Никаких признаков того, что здесь кто-то жил. Казалось, загляни я в шкаф, вполне могла бы обнаружить там еще не распакованный чемодан Ронана.

Несмотря на то, что сердце кольнуло от витавшего в воздухе одиночества, испытываемая мной гордость придала ему сил. Я в очередной раз убедилась, что Ронан преодолевал ужас прошлого лучшим из известных ему способов. Он молча страдал один, не впутывая тех, кто был ему дорог.

– Покажи мне остальное.

Он провел меня в спальню с крошечной, примыкавшей к ней ванной комнатой. Обстановка оказалась скудной. Кровать с простым темным одеялом, прикроватный столик, комод. Ни картин на стенах, ни фотографий.

У изножья кровати я обернулась. Ронан стоял у двери, ожидая вердикта.

– Иди сюда.

В два больших шага он пересек разделявшее нас расстояние. Я обняла его за талию и притянула к себе, а он тут же отыскал мои губы. Он расстегнул молнию сзади на платье, а я стянула с его плеч куртку. За ней последовала футболка, и тут же к моим ногам упало платье. Я осталась в лифчике и трусиках и обняла Ронана, окутавшись его теплом. Если и существовал рай, то это был он. Теплая кожа, твердые мышцы и бьющееся возле моего уха сердце.

Я поцеловала его в грудь, потом чуть выше, над татуировкой. Сова на его плече наблюдала за мной оранжевыми глазами. Но я больше не была незнакомкой.

Ронан расстегнул лифчик и стянул бретельки с плеч, оставляя на моей коже легкие, влажные поцелуи. Жадно впитывая меня взглядом, он приложил руки к моей груди, полушария идеально умещались в его ладонях. Он наклонился, щекоча волосами подбородок, и коснулся губами затвердевшего соска.

Ронан чуть прикусил его, потом втянул в рот, и я ощутила охватившую тело дрожь, спустившуюся по позвоночнику к местечку между ног. Я застонала. Трусики уже стали влажными.

Под безжалостным напором Ронана груди вскоре потяжелели и заныли. И тогда я отстранилась от него и потянулась к пуговице и молнии на джинсах. Его плоть туго натянула джинсовую ткань. Я сунула руку в штаны и сжала член. И принялась поглаживать его, пока Ронан прокладывал дорожку влажных поцелуев вверх по моей шее к уху.