– Я проверялся перед отъездом из Висконсина. – Взгляд его стал глубже. – И не был ни с кем, кроме тебя.

– Я тоже, – проговорила я. – Я хочу ощутить тебя внутри себя. И чтобы ты меня почувствовал. – Я с трудом узнавала женщину, произносившую подобное. Но я впервые оказалась в его квартире, в его постели, и мы полностью обнажились. – Я хочу тебя всего.

Ронан нахмурился. И когда поцеловал меня, на лице его отражалось почти болезненное выражение. Атмосфера в комнате вдруг стала иной. Неукротимый жар сменился неторопливой чувственностью. Ронан расположился надо мной, накрыв восхитительно тяжелым телом. Мужественным во всех смыслах. Обхватив мое лицо ладонями, Ронан целовал меня глубоко и неспешно. Я раздвинула ноги, позволяя ему притиснуться как можно ближе. Чуть дернув бедрами, он легко скользнул внутрь меня; я уже была влажной. Готовой его принять и жаждущей этого.

– Боже, – простонала я, выгибаясь, когда он толкнулся в меня в первый раз. Большой, тяжелый, твердый Ронан касался меня изнутри. Между мной и его плотью не осталось никаких преград, и от этого кружилась голова.

– Шайло, черт возьми… – Все еще держа в ладонях мое лицо, Ронан наклонился, чтобы меня поцеловать. Он медленно подался назад, потом вновь вошел в меня. – Чертовски здорово тебя чувствовать. Господи, как хорошо…

Он скользил во мне взад-вперед, двигая бедрами, накатывая, словно волна, неспешно и глубоко. Наши обнаженные, скользкие от пота тела соприкасались друг с другом. Я ощутила, что начинаю слабеть. Сланцево-серые глаза Ронана и его прекрасное лицо словно стали одной реальностью, а сильное желание, зародившееся там, где мы соединялись, превратилось в другую. С каждым прикосновением и толчком я тянулась к Ронану все сильнее. Желание разгоралось, становясь острее и ярче всего, что я когда-либо испытывала прежде.

Он целовал меня до тех пор, пока это казалось возможным. А потом остались лишь соединенные взгляды и двигающиеся в унисон тела. Мы неосознанно подстраивались друг под друга; я приподнимала бедра, когда он погружался в меня.

Ночь оказалась прекрасной. Бабочки и огни, ужин и танцы, а теперь это… он. Ронан находился рядом, отдавая мне себя.

И мне оставалось лишь сдаться на волю чувств. Когда меня настиг оргазм, рухнули последние сомнения и преграды. Я крепко прижала Ронана к себе, обвив его руками и ногами. Мы двигались как единое целое, сгорая в одной и той же лихорадке.

Почувствовав освобождение, я закричала, почти безумная, затерявшаяся в ощущениях.

Ронан кончил на несколько мгновений позже, изливая глубоко в меня густое, горячее семя. Я прижалась к парню, принимая это. Тело мое гудело, естество пульсировало.