— Я сейчас за рулём, скоро приеду. Дома поговорим?

— Жду тебя.

Она отключилась, а все истерики сошли на нет. Возобновятся по его приезду, но Егор вновь найдёт способ её усмирить. И вчера тоже нашёл, да такой, что теперь придётся им обоим отдуваться. Но он был не против.

30

30

Снующая туда-сюда в своём безграничном столпотворении перед зданием с приколотой гвоздями ко входу деревянной табличкой, на которой алела намалёванная краской надпись Survival, неформальная молодёжь не сильно отличалась от контингента прошлой тусовки — те же широкие штаны, футболки на три размера больше, неизменные кепки и кеды и гламурные девушки, среди которых я сегодня могла сойти за свою. Но всех нас разбавляли, пребывая в нехилом количестве, и металлизированные роковатые личности, некоторые из которых — с зачехлёнными гитарами наперевес.

Вход осуществлялся по билетам и вложенный мне в руку Оливером перед тем, как я вылезла из машины, зелёный прямоугольник с печатью оказался весьма кстати. Как только я показала его секьюрити, неугомонная толпа устроила аукцион за мой билетик, предлагая всё своё скромное имущество за него: деньги, коллекционные виниловые пластинки, одежду неизвестных мне, но крутых лейблов, апогеем которой были трусы от «Vans». Правда, тут же нашлись опроверженцы того, что «Vans» не выпускают трусы, но владелец был чётко уверен, что его нижнее бельё не китайская подделка, а «ограниченный заграничный выпуск». Тут же появились желающие приобрести «ограниченную версию», а я по-тихому сбежала под шумок.

Как заядлая тусовщица — ведь это уже третья, если не четвёртая вечеринка по счёту, которые я исправно посещаю за последние две недели, — не скажу, что этот клуб лучше или хуже того же Summer Times: воздух, окутанный дымом, светомузыка, тяжёлые басы из колонок, взволнованная молодёжь; но при этом всём у него есть своя особенная атмосфера.

Большое, напрочь лишённое света полуподвальное помещение с круглой сценой в углу и высокими потолками на шикарный клуб не походило. Скорее, нечто андеграундное: наипростейшее «подземелье», ранее принадлежавшее ЖЭКу. Теперь оно было звукоизолировано, дизайн был выполнен в ярких тонах в эконом режиме — каждая стена благодушно или озлобленно, живо или готично, аккуратно или небрежно смотрела на клубный мир яркими рисунками-граффити, исполнить которые за бесплатно, искусства ради, были приглашены начинающие райтеры. Каждый из них старался выпендриться и создать шедевр, не знающий слова «конкуренция», поэтому к делу все подошли серьёзно и в итоге результат не мог не радовать глаз.