Итон сидит весь серый. Папа тоже.

Я с силой закусываю губу, чтобы не взвыть от расстройства, и принимаюсь через силу доедать остывший тост. Он хрустит так громко, что почти смешно.

– Итон может прилететь к нам на время каникул, – предлагаю беззаботно, хотя внутри у меня ведьму сжигают на костре, до того душно и обидно, что испортила семье настроение.

– А куда именно? – строго спрашивает папа.

– Пока не знаю…

– А учиться ты где будешь?

– Не знаю…

– В Штатах образование платное, это тебе не Шотландия, – укоряет он. – Ты потратишь сбережения, которые мы копили тебе с рождения, на платный универ, хотя могла бесплатно учиться в Абердине?

В этом весь папа. Практичный человек, разумный.

– Браво, Пол, – огрызается мама, вступившись за меня. – Дочь уезжает непонятно куда непонятно с кем, а ты о деньгах, как всегда!

Она хватает серебряный молочник и переставляет его на другую сторону от своей чашки, а папа фыркает, оттягивая галстук.

– Я к тому, что дочь отдаст свои сбережения на учебу и останется без денег. Она будет содержанкой у этого шалопая Осборна, так выходит? Моя дочь – содержанка?

– Нет, я найду работу, – мямлю. О финансовой стороне переезда я пока не успела подумать.

– Работу? Кем? Официанткой? Стриптизершей? – не унимается папа.

– А что в этом плохого? У дяди Эндрю невеста – парикмахер. Мэнди обожает делать маникюр. А я буду подавать подносы, пока не получу диплом. Любой труд – это все еще труд. Это благородно.

Еще недавно я так не считала, потому что была снобом. Но сейчас я правда верю в то, что говорю. Да и как не верить, если выбора все равно нет. Но папа не согласен:

– Ты думаешь, сотня баксов чаевых что-то изменит? Чарли – богатый наследник, у него определенный стиль жизни. Ты будешь его содержанкой, пока не сможешь работать после получения диплома. Неужели моя дочь согласится на такое?! – он хлопает ладонью по столу, и его тарелка, звякнув, подпрыгивает вместе с мамой, которая не ожидала, что папа начнет ссориться вне расписания.

– Он собирается спонсировать мою игру, – неуверенно заступаюсь я за свое решение, задетая правдивостью папиных слов.

– Это не спонсирование, дочка. Это благотворительность. Он это делает из жалости, чтобы всучить тебе деньги за секс. А если вы расстанетесь? Что ты будешь делать? Придется перевестись в Абердин из Штатов, снова нарушив планы. Все это – излишний стресс и бессмысленная суета. Не понимаю, зачем тебе так себя мучить.

– Мы с Чарли не расстанемся, – возмущаюсь тихо, насупив брови.