Кольцо действительно точь-в-точь похоже на то, которое у меня забрал и спрятал Леша. Если Стейси думал, что я надену его — я не стану. Захлопываю коробочку и отправляюсь на детальный обыск всех имеющихся комнат и опрос персонала. Было бы очень кстати найти Селесту, но мне почему-то кажется, что после ночной выходки ее “перепрятали”.
Обхожу весь дом и снова останавливаюсь возле лестниц, где находятся те самые “дыры”, словно там что-то когда-то было, но от этого избавились. Возможно ли, что автоматический подъемник для инвалидов? В голове сразу же рисуется тонна ассоциаций, что конкретно мог делать со своими женщинами мистер Вайс и это пугает сильнее прежнего. В какой-то момент я понимаю, что в этот раз меня обслуживает совсем другая горничная, а при осмотре дома ту самую Лив я нигде не нашла. Это еще одна странность.
Когда Джейн говорила что я могу ходить по всему дому — она не лукавила. Во двор и спортзал меня охрана категорически не пускает, поэтому приходится развернуться и отправляться к себе.
— Доброе утро, мисс, — кивает мне милая женщина с подносом и сворачивает в сторону двери библиотеки.
— Доброе утро, — киваю я, наблюдая как она скрывается внутри, и останавливаюсь.
Помнится в тот день, когда я бежала из спортзала после конфуза с Лешей я именно тут врезалась в горничную и все ее тарелки с едой рассыпались по полу.
Разворачиваюсь и иду следом за женщиной. Чего и следовало ожидать — один из стеллажей оказался потайной дверью, которая отпирается личным ключом. Успеваю догнать горничную до того момента, как захлопнется дверь и забегаю внутрь комнаты без окон, лишь с блеклым искусственным освещением.
— Мисс, что вы делаете! Выйдите отсюда! — начинает нервничать женщина, но не пытается самолично выпроводить меня наружу. — Мисс! Хозяин будет очень недоволен и полетят головы, причем не ваша!
Игнорирую ее и осматриваю помещение: типичная детская с кучей игрушек, кукол, качелей и прочих развлекательных элементов. Взгляд цепляется за розовую кровать с единорогом, где мирно посапывает белокурое чудо, а от стойки для капельницы к ней ведет пара трубок. Теперь я вижу ее лицо, освещенное тусклой лампой, и понимаю, что Вайс настоящее чудовище.
Половина лица девочки изуродована: асимметрия лицевых костей и текстура кожи выглядит так, будто была сожжена. Руки, сжимающие одеяло искареженными пальцами, выглядят так же ужасно.