Кажется что к утру у меня попросту будет обезвоживание, ведь я никак не могу успокоиться и перестать лить слезы. Всегда была сентиментальной, всегда все через слезы, но сейчас их, кажется, больше почти что не осталось.
Я даже не вижу ни одного возможного выхода, совсем кромешная темнота.
Скрючившись под одеялом в своей кровати, я тихо плачу, поглаживая свой все еще плоский живот. Внезапное осознание того, что там уже растет наш с Лешей будущий ребенок вырывает из моей груди громкий всхлип, переходящий в какой-то животный вой и скуление раненой собаки.
— Что я могу для тебя сделать? — бездумно лепечу я, обращаясь к к маленькой жизни внутри меня. — Убить его? Мне никто не поможет и выставят меня чокнутой… У нас совсем не осталось шансов… Мы обречены.
Уткнувшись лицом в подушку, я кричу. Кричу, что есть мочи, в надежде что выплеснув эмоции я смогу соображать здраво и сумею узреть огонек надежды.
— Элла, — слышу тихий шепот и резко выныриваю из-под одеяла.
Передо мной стоит Селеста, заложив руки за спину, и испуганно рассматривает мое лицо.
— Что ты тут делаешь? — сипло спрашиваю я, садясь на кровати.
— Не могу спать, когда слышу как ты плачешь, — шмыгает носом девочка. — Ты сегодня кричала… Тебя ударил папа?
— Нет, но он очень сильно меня напугал, — отвечаю я.
Селеста переминается с ноги на ногу, часто дышит, шмыгает носом и вытирает слезы с глаз. Она словно боится что-то сказать и, наконец, протягивает мне что-то черное и прямоугольное.
— На, звони своему другу, — говорит она.
Не сразу соображаю о чем она, но случайно сжав предмет в руках, я нажимаю на боковую кнопку, я тут же жмурюсь от яркого света экрана смартфона, бьющего прямо в глаза.
— Пароль одиннадцать, двадцать четыре, ноль, три… Это дата смерти моей мамы и мой возраст…
Дыхание перехватывает и я дрожащими пальцами ввожу продиктованный пароль.
— Получилось! — пробивается моя радость сквозь слезы.
Открываю меню, начинаю вводить первую цифру номера и… понимаю, что не помню его. Более того, я его даже не могу знать, ведь мы часто меняли номера и я понятия не имею, какой был последним у Леши! Я просто записывала их в контакты своего телефона и все!
— Элла, ты чего? — садится на край кровати Селеста, а меня вновь начинает трясти от ужаса.