– По анатомии. Он не рассказывал о нем?

– Я спрашивала у него вчера про вашу учебную группу, но он сказал, что вы не занимались вчера.

Хуан фыркает.

– О, серьезно? Что ж, он соврал. И теперь я могу официально обвинить тебя в моем недосыпе.

– Почему меня?

– Потому что ты причина, по которой Дэв пропустил нашу учебную группу. Вместо этого он сам готовился до четырех утра, периодически будя меня, чтобы задать свои глупые вопросы. – Хуан кивает в сторону. – Вспомнишь солнце, вот и лучик.

Я оборачиваюсь, и мое сердце готово выскочить из груди. Дэв подходит ко мне, и мне приходится приложить недюжинные усилия, чтобы не броситься в его объятья. Когда я снова оборачиваюсь к Хуану, он уже захлопнул за собой дверь.

– Элли, что ты здесь делаешь? Я думал, ты проводишь сегодняшний день с Уиллом.

Я пытаюсь заговорить, но у меня не получается. Все мое тело дрожит. Мне приходится заставить себя сделать глубокий вдох. Это же Дэв. Неважно, что случится, он не причинит мне боль.

– Я рассталась с Уиллом.

Он удивленно глядит на меня.

– Что? Ты в порядке?

– Я не уверена.

– Он что-то тебе сделал? – Он подходит ближе. – Если этот придурок…

– Нет, – быстро отвечаю я. – Ничего такого не было. Я рассталась с ним только из-за… из-за Венеции. Истории искусств, квиддича и потайной учебной комнаты. И подаренной феи. И позднего занятия, когда кое-кто должен был заниматься с учебной группой.

Он удивленно приоткрывает рот, но на его лице я не вижу расстройства или отвращения. Я воспринимаю это как хороший знак.

– Я так рада, что ты считаешь меня своим лучшим другом. И знаю, что сейчас могу все испортить, но не могу притворяться, что хочу, чтобы мы были просто друзьями. У меня ушло так много времени, чтобы осознать, что я хочу быть рядом с человеком, который понимает меня. С человеком, которому нравятся мои причуды и увлечения, который может рассмешить меня так, что у меня заканчивается воздух в легких. Уилл никогда не смог бы этого сделать. – Я тяжело сглатываю. – Не так, как это делаешь ты.

Его лицо меняется. Морщины на лбу разглаживаются, а глаза становятся мягкими и теплыми, как в момент нашей первой встречи на лестнице. Он делает шаг вперед, и все мои страхи испаряются. Мы стоим близко друг к другу, и, когда я смотрю на его лицо, понимаю: моя мама была права, когда сказала, что нет на свете более восхитительного чувства, чем смотреть на кого-то и понимать, что этот человек любит тебя настолько же сильно, как и ты его.