— Эй, ты не так резко наклоняйся, — удерживает Камиль Тихона, пока тот весело хохочет и ловит волны. – Чувствую себя инвалидом.

— Отчего это?

— Ты за рулем, — делает он глаза еще больше, а я не могу не рассмеяться. Да, для мужчины женщина за рулем настоящий стресс, но вчера, предлагая мне покататься на лодке, он не учел одного. Управлять он ею не умеет. Так что с утра, когда мы загружались, вышел небольшой конфуз.

— Пока ты не умеешь, я тебе не доверю возить моего сына, уж извини, унижаю твою мужскую гордость.

— Я отыграюсь, — подмигивает он, а я закатываю глаза.

— Смотри, как бы на выброс твоего тестостерона сюда не сбежались все русалки.

— Самая главная уже здесь, — выразительно смотрит он на верх моего купальника, который совершенно не скрывает вставшие соски. И если десять минут назад они стояли от прохладной воды, то теперь я могу точно сказать, кто в этом виноват. Вернее, чей жадный взгляд. Я его еще вчера на себе чувствовала, пока устроила Камилю водное представление в душевой. Все тело горело, словно он был не на той стороне, а за стенкой, готовый вот-вот ворваться в кабину и поглотить меня.

— А ты можешь думать о чем-нибудь другом?

— А ты? – выразительно выгибает он бровь, и я отворачиваюсь. И облизывая губы, киваю и прячу улыбку. Обвиняю его в порочности, а сама думаю только о том, как мне хотелось вчера позвать его. Тихон уже спал. И я знаю, что одно лишь слово, и Камиль немедленно оказался бы рядом. О да, сегодня я сама веду себя как похотливая кошка, то и дело рассматривая совершенное тело Камиля, которое он словно специально выставляет на показ. Знает на что давить, Котяра...

Тем не менее. За всем этим желанием, счастьем, удовольствием просто быть рядом с ним, видеть, как он нашел общий язык с Тихоном, скрывается одна очень опасная мысль. Надолго ли все это. Заслужила ли я это. Как скоро жизнь снова окунет меня лицом в вязкую жижу реальности.

От пагубных мыслей меня отвлекает плеск воды. Камиль выпрыгнул из лодки, когда я притормозила ее. Он сбросил якорь и помог Тихону выбраться, чтобы тот тут же побежал строить замки из песка с помощью своего набора для песочницы.

— Мам, смотри, какие камушки! Я из них окошки сделаю.

— Супер, милый! – подаю я Камилю корзинку, затем покрывало, а уже потом даю вытащить себя. – Я бы справилась.

— Я знаю, знаю. Ты у нас самостоятельная барышня, — смеется он, а затем наклоняется к ушку. – Но теперь за тебя отвечаю я. В том числе за маленькие шалости взрослой девочки.

— Пошляк, — отталкиваю я и иду раскладывать обед на покрывале. И за всеми делами не сразу заметила, что Камиль сидит в одних синих плавках на песке рядом с Тихоном и помогает ему, что-то тихо объясняя. Мечта, конечно. До слез тяжело на такое смотреть, потому что любой такой день может оказаться последним, а завтра Камиль поймет, насколько скучно быть просто папочкой, и отвернется от нас. Еще хуже, если он это поймет позже, когда Тихон окончательно к нему привяжется, а я не смогу найти сил, чтобы жить без него дальше.