Член разрывает от прилива крови, и я, недолго думая, дергаю Лиду на себя. Поднимаю в воздух и вжимаю в душевую кабину. Закидываю ноги себе за спину, упираясь головкой в набухшие губки и раздвигая их. Идеально. Лида закусывает губу, держась за плечи, а я ускоряюсь, не в силах больше терпеть. Еще. Еще. Сильнее. Черт, как же не хочется кончать, как хочется, чтобы эти ощущения длились и длились. И я снова торможу себя, стягиваю с Лиды мятую тунику, впиваюсь в сосок. То в один, то в другой. Жаля, терзая тугие вершинки. Пытался отвлечься, а становится только хуже. Влагалище пульсирует, сжимается, словно вытолкнуть меня хочет, но я усиливаю напор, вдавливаюсь в лоб моей Мышки. Последние несколько фрикций доводят Мышку до оргазма. Да, моя хорошая, да. Кончаю вместе с ней. Заполняю ее до предела, не прекращая двигаться.

— Камиль, — умоляет она, но я не могу остановиться, даже понять, о чем она. В башке гудит, в тело словно адреналина кольнули, заставили двигаться, двигаться, двигаться стремительно приближаясь к новому оргазму. Мне мало. Черт, почему мне всегда так ее мало! Хочется быть в ней. С ней. Всегда.

Но все уничтожает стук в дверь, словно бомба, взорвавшаяся в тишине ночи. Мы замираем, смотрим друг на друга, застигнутые врасплох женским голосом.

— Лида…

Глава 60. Кот

Глава 60. Кот

— Это кто? — спрашиваю глазами, а Лида облизывает губы, часто — часто дыша. Отвечает хрипло.

— Да, Софа. Что-то случилось?

— Да ничего, милая. Там просто Милена бродит. Туда — сюда. Туда – сюда. Как приведение. Уже хотела сюда подняться, а ее как бы это сказать. Опередила.

Сука… И чего ей не спится.

— Спасибо, Софа. Мы... То есть я сейчас выйду.

— Да вы, ну, то есть ты... Не торопись. Я кстати футболку тут нашла. Наверное, ты потеряла, да?

Вот я долбоеб…, впрочем, взгляд Лиды красноречивее любых мыслей.

— Наверное…

— Там в конце коридора комната. Я отнесу футболку туда и оставлю ключ в замке. – продолжает шептать эта святая женщина. – Ну вдруг тебе выспаться захочется. День был тяжелый.

А ночь-то какая...

— Спасибо, Софа. Ты ангел.

— Ой, мне сейчас далеко до благочестивых мыслей, дочь моя, — прыскает она со смеху, и я давлю смешок в себе.

Лида неловко с меня слезает, ища глазами свою тунику. Я подаю ей её и жду истерики, слез, но она лишь улыбается.

— Мызыка секса не может быть тихой.