Не особенно отдавая себе отчета в своих действиях, а больше повинуясь настойчивым требованиям подруги, Полина сняла и протянула ей обручальное кольцо.
— Оно побудет у меня, а ты забудь о Глебе! — горячо воскликнула Кристина, все более воодушевляясь и передавая свои эмоции подруге. — Теперь ты свободная женщина, и тебе нужно познакомиться с хорошим мужчиной! И начнешь ты прямо здесь и прямо сейчас!
Вскоре с танцпола вернулись Ольга, Вика и Алена: все в самом бодром и веселом расположении духа, с горящими взглядами и раскрасневшимися от быстрых танцев лицами. Алена же, сопровождаемая рассыпающимся в беспрестанной болтовне окончательно и полностью плененным кавалером, выглядела особенно довольной, а от прежней ее внезапной тоски не осталось и следа. Присоединившись к Полине и Кристине и узнав содержание их разговора, девушки с ходу принялись утешать подругу, поддерживая ее своими участливыми советами.
Лишь Вика почти не включалась в общую беседу. Впервые услышала она не только о беременности любовницы Завязина, но и подробности их с Полиной взаимоотношений в последнее время, и это произвело на нее колоссальное воздействие. Самые разные глубинные переживания вспыхнули в ее душе, рождая бесчисленное множество мыслей, как отчетливых и ясных, так и малопонятных, еле уловимых. Ситуация подруги стала для Вики катализатором, толчком, отправным пунктом в пересмотре ее отношения к супругу, к собственной семейной жизни. Пока это выражалось лишь в виде смутных предощущений и спутанных соображений, но обратного пути не было — мировоззрение ее кардинально и неизбежно менялось.
Глава XV
Глава XV
Придя после клуба в третьем часу ночи, Полина застала дома мужа. Завязин сидел на диване с включенным в зале светом и смотрел в телевизор, очевидно, не обращая никакого внимания на транслируемое по нему спортивное состязание.
— Привет, — выйдя в коридор, обратился он к супруге.
Ничего не ответив, Полина сняла туфли и, стараясь вовсе не смотреть на мужа, даже не поворачиваясь в его сторону, поспешила к себе.
— Землетрясение сегодня почувствовала? — следуя за женой, кротко спросил Завязин.
Полина молча прошла в комнату, закрыв дверь прямо перед носом супруга.
Вернувшись на диван, Завязин по инерции уставился в экран телевизора, по-прежнему не видя ничего, весь захваченный с новой силой всколыхнувшимися в нем переживаниями. Вконец измотанная часами беспрерывного ожидания душа его пребывала в крайнем смятении; отрывочные мысли полунамеками теснились в воспаленном сознании, и ни одну из них он не мог обдумать или даже просто понять. Сидеть было невозможно. Он встал, но, сделав по комнате несколько кругов, снова сел. Неизвестность, неопределенность давили Завязина, будоража все его существо. Он не понимал причины своего беспокойства, не осознавал своих глубинных упований, но нутром чувствовал, что ответ заключался в ней. Только она могла разрешить его метания, она — находившаяся сейчас в соседней комнате. Не в силах уже терпеть тягостные переживания, Завязин в отчаянии направился к жене.