Не иметь возможности обнимать и целовать его по утрам? Иногда, как сегодня, Гриша увозил Майю в садик совсем рано, а потом возвращался, и у них было полчаса только друг на друга. Их маленький секрет. Их еженедельные свидания. Да даже простая возможность вечером поговорить о том, как прошел день, сидя рядом друг с другом.

И потом, есть же Майя. С кем она останется? И кто ее лишится?

Нет, об этом не стоило и думать.

Но Яра все равно прикрыла глаза и позволила себе помечать. Они живут в Санкт-Петербурге, и по утрам она ездит в офис на Мойке, а вечерами они проводят время, посещая местные концерты и мероприятия. Там выбор уж точно куда больше, чем в их городе. И до Европы совсем недалеко. Карелия под боком. Она знала людей, которые на выходных доплывали на пароме до Финляндии, чтобы покататься на велосипедах. О таком можно было только мечтать, и вдруг все это так близко.

И сама работа, конечно же. Клиенты, готовые оплатить реализацию ее идей. Проекты, которые не нужно было переделать сотню раз, чтобы подогнать под бюджет, зверски кромсая их и отбрасывая все самое интересное. С другой стороны, разумеется, чем больше денег, тем больше запросов, ультимативных пожеланий и претензий. Но зато есть почти стопроцентная вероятность, что рано или поздно твое имя окажется на страницах какого-нибудь глянцевого журнала, посвященного дизайну. В юности Яра пропадала, окунаясь в их мир. Нет, пару раз ее проекты уже продемонстрировали в местных изданиях, но одно дело городская газета, и совсем другое — попасть на страницы «AD» или «Salon».

Мечтать было хорошо. Но Яра вынырнула из полусна, в котором она под дружные аплодисменты зала получала премию Dezeen Awards, сняла блокировку с сотового. С экрана на нее смотрели Гриша с Майей.

Были ли все эти мечты важнее человека, который сделал для нее практически невозможное — изменился. Пожертвовал своими привычками и убеждениями, чтобы она осталась с ним. Можно ли теперь было требовать от него, чтобы он пожертвовал ради нее и остальным? Стоил ли человек, который поставил ради нее на карту все, который раз за разом выбирал ее, который столько лет заслонял ее и держал за нее удар, прощал ей возможное и невозможное — стоил ли этот человек того, что ей предложили?

И ей вдруг так отчетливо вспомнилось, как шестнадцать лет назад он лежал на полу своей полупустой студии и улыбался ей, потому что принял решение и уже знал, что будет следовать ему до конца.

Этот мужчина и то, что он сделал для нее, стоили всего.

— Насколько для тебя это важно? — серьезно спросил вечером Гриша.