— Теперь мне безумно жаль оставлять тебя одну, такую разгорячённую и удивительно покладистую, — Максим собственническим жестом обводит мои губы, надавливая большим пальцем на нижнюю, касаясь языка.

— Тогда не оставляй, — с вызовом смотрю в его вспыхнувшие яркие глаза, наблюдая самое настоящее сожаление.

Не теряя момента, снова вскарабкиваюсь на его колени под горластый смех мужчины. Кладу ладошки на его стальной пресс, ощущая тяжесть на правой руке, точно зная, что в кармашке лежит телефон.

Это и есть моя цель, такая мотивирующая, что ранее заставила опуститься на колени перед Господином Гордеевым без каких-либо сомнений.

— Разве таким мужчинам, как ты, нужно повиноваться времени и требованиям? Мне всегда казалось, что правила устанавливаешь только ты один, — призывно шепчу в его губы, целуя мужской подбородок. — Макс, я хочу еще раз, — не теряюсь, когда Гордеев трогает мою грудь. Выгибаюсь на встречу.

— Я постараюсь справиться с работой как можно скорее, — он наблюдает за тем, как я по-кошачьи обтираюсь об него, и, кажется, Гордееву это даже очень нравится. Возможно, именно сейчас я похожа на изнывающую женщину, которая хочет мужскую ласку. — И потом я с тобой поиграю, — загадочно обещает мне Максим, пытаясь меня перехватить за извивающуюся талию, — пока я беспрерывно блуждаю руками по его телу и отвлекая, одну из них запускаю в его брюки.

— Это я буду играть, а ты дашь мне сделать с тобой все, что я захочу, — нагло удерживаю на себе его взгляд, и мне наконец-то удается заставить Гордеева смотреть на меня по-другому. Смотреть так по-жадному, пылая в страсти и желании обладать женским податливым телом.

— Договорились, — он крепко перехватывает меня за талию и поднимается, целуя так сильно, будто срываясь и поддаваясь своим желаниям, когда затуманился рассудок. — Ты сделала из меня неопрятного взволнованного мальчишку! Что теперь обо мне подумают люди? — насмешливо обвиняет меня в своей мужской несдержанности, но Максим сейчас расслаблен, удовлетворен и сыт.

— Выглядишь… — задумчиво тяну я, наблюдая, как Максим быстро застегивает брюки с ремнем и поправляет галстук, — сексуально. Если не приедешь в воскресенье, мое одиночество разбавит Игнат, — выпаливаю я, когда он поправляет пиджак.

Напряженно слежу за его руками, которые плавно опустились и брутально оказались в карманах брюк.

— С огнем играешь, малышка, — предупреждает Гордеев, когда я опускаю глаза, закусывая губы. — Но такая ты мне тоже нравишься, — поддевает подбородок и слегка приподнимает для целомудренного поцелуя в щеку.