Мне приходится применить все свое мастерство и на какое-то время забыть о том, перед кем именно я стою на коленях хоть и неохотно, но добровольно. Тянусь к его ремню, подмечая, как Максим тяжело задышал и беспрепятственно его растягиваю, опуская безупречно выглаженные брюки с бельем.

Его поразительно твердая эрекция едва не ударила меня по лицу. Никогда не думала, что он заводится сразу, как я к нему прикасаюсь… Или это так действует то, что я добровольно спустилась на колени? В любом случае Максим поражает своей эффектною на меня реакцией.

Это мне на руку. Он взбудораженный и не захочет меня отпихнуть в сторонку, а только привлечь к своему члену как можно ближе… Что он и делает в следующую секунду, положив руку мне на затылок. Не спешу, зная, как он любит продлевать наслаждение и получать от меня непросто открытый рот, но и нежность.

В моей ладошке его член буквально горит, вздувшись венками от сексуального напряжения. Мои губы дотрагиваются к нему невесомыми поцелуями, а когда я провожу языком по всей длине, Максим запрокидывает голову назад, надсадно промычав.

Его пальцы вплетаются в растрепанные локаны, стискивая их в кулаке, запальчиво толкаясь в мои губы, вынуждая открыть их и обхватить возбужденный член. Господин Гордеев несдержанно тянет волосы назад, заставляя поднять голову и смотреть в его глаза, пока я ублажаю его ртом настолько смело и распущенно.

Максим обходится без грубой силы, предоставляя мне возможность делать так, как того хочу я сама. Брать глубоко до черных пятен в глазах и тошнотворных судорог желудка нет никакого желания, хотя Гордеев несколько раз поддается бедрами вперед. Приходится полностью задействовать язык и руки, лаская до тех пор, пока он сам не отстраняется, удивляя меня таким резким шагом назад.

Я осталась не с чем на коленях, растерянная и немного опешившая от действий Максима.

— Поднимайся, — приказывает.

Всего секунду я смотрю на него и размышляю, что меня ожидает — наказание или секс… Или все вместе?

Нерешительно поднимаюсь, и Гордеев ведет меня к ближайшему креслу в этой гостиной комнате. Сам садится и тянет меня наверх. Под халатом нет одежды, поэтому остро ощущаю его горячую плоть, которая будто обжигая, упирается в низ моего живота.

Когда Максим стаскивает с себя ремень, я беспокойно выдыхаю, умоляюще глядя в его глаза. Он снисходительно усмехается, расцеловывая мои губы, прикусывая нижнюю, при этом сцепляя мои запястья за спиной, на ощупь затягивая ремнем. Наверное, я чрезмерно облегченно выдохнула, ощутив его улыбку собственными губами.