Прикоснулась рукой к животу и с любовью погладила его. Ева… Именно так Егор назвал их дочурку. И главное, железно заявил, что будет девочка, и что он уже выбрал имя. Лида не возражала. Ева так Ева. Студинская Ева. Красиво. Не хотела расстраивать, напоминая, что он мог и ошибаться. Откуда вообще взялась уверенность в том, что родится девочка? Экстрасенс, блин. Но когда на одном из УЗИ Ян Анатольевич подтвердил его заявление – стало даже как-то не по себе. Она, в отличие от любимого, такой интуицией не располагала.

— Ева, давай, не мучай маму, уже пора, — произнесла с любовью и улыбнулась. Егор общался с малышкой, прикладывая ладони к животу. И что самое поразительное, только на его голос, на его прикосновения она реагировала безоговорочно – тут же начинала пинаться, устраивая в животе самый настоящий дебош. Когда же Лида обращалась к ней, ласково напевая любимые песни с советских мультфильмов, или с нежностью касалась проступающего очертания коленки – ей отвечали едва уловимым толчком.

— Просто она знает, что я слишком сильно жду её, — отшучивался Егор, на подобные причуды.

— А я нет, что ли? — беззлобно становилась в стойку, на самом деле безумно радуясь столь яркой демонстрации интуитивной связи между отцом и дочерью.

— Конечно, нет. Что за мысли? Просто она заведомо знает, кто в семье главный и следуя законам бизнеса, пытается наладить деловые связи ещё будучи на начальном этапе.

— Угу, законам бизнеса. Скажешь ещё. Ей просто нравится твой голос. — Смеялась, оказавшись в надежных сильных руках, и замирала от нахлынувшего счастья.

Это о горе, переживаниях, бедах можно говорить сколько угодно. Тогда хочется облегчить душу, выговориться, сбросить тяжкий груз. А когда ты счастлив, то застываешь в этой оболочке, стоишь недвижимо и тихо, чтобы не спугнуть выстраданное чувство. Не нужно пылких речей, клятвенных обещаний, широких жестов. Достаточно просто переплести пальцы, прижаться к широкой груди, услышать биение сердца и ощутить легкое прикосновение губ к макушке – и всё… ты на самой вершине.

Странно, сегодня она не ощущала движений малышки.

— Ну же, радость моя, подай маме знак, что всё хорошо, — в тревоге ещё раз прикоснулась к животу, зазывая дочурку к общению. Никакой реакции. Да и поясничная область сегодня болезненна как никогда, не говоря уже о тяжести внизу живота.

— Ян Анатольевич, — первым делом набрала Кузьменко, разволновавшись на на шутку и рассказала о симптомах, — что делать? Я не хочу в больницу. Я только оттуда.

— А родить хотите?

— Конечно! — что за вопрос?