Стук в дверь. Не отвечает. Тим подходит следом.

— Чего рванула?

Совершенно спокоен, будто и не было сейчас ничего. А, да, не было.

— Нина закрылась...

— И что?

Снова стучу, но получаю в ответ только Тимохино:

— Успокойся уже.

— Да какой же ты бесчувственный, Господи!

Оборачиваюсь к нему.

— Серьезно? Я? Бесчувственный? Света!

— Котов, ты вообще ничего дальше своего носа не видишь!? Даже я...

Обрывает.

— Что "Ты"? Ты хоть раз пыталась за все это время открыться? Нет. Сама ничего не хотела. Лучше же развестись и с мужиками ночью ...

— Что!?

Не успеваю всерьез вспылить, ибо дверь позади открывается и раздается всхлипывающее:

— Хватит... уже... ругаться...

Обернулась на голос.

Нина и правда зареванна. Едва сдерживаюсь, чтобы не повернуться обратно и не кинуть ему "Вот, смотри!", но Котов реагирует первым.

— Васнецова, что с тобой?

Та дергает губками, пытаясь не допустить новую волну, пряча взгляд от нас, вытирает щеки дрожащей ручкой и ускоряется в сторону комнаты, через миг сбежав туда.