Он уходит, поцеловав меня в макушку, а я внимательно рассматриваю адрес, написаный аккуратным отцовским почерком. Вбиваю в картах этот адрес и… оцепенение берет верх, я не сразу понимаю, где находится это место и почему оно раньше казалось мне таким далеким. Адрес указывает на дом на берегу моря. Там, где я проводила лучшие минуты моей жизни.
С ним.
Папин водитель привозит меня на место через несколько часов из-за пробок и оставляет одну по моей просьбе. Я не знала, готова ли к встрече, но решила не упускать возможность. Единственную возможность узнать правду.
Открытая дверь настораживает, но я смело отворяю ее и вижу на столе толстую тетрадь, на котором написано мое имя.
«План Аманды».
Открываю его и принимаюсь узнать то, что не нужно было.
Глава 70
Глава 70
Помню, как впервые увидел ее. Дерзкую, наглую мажорку, дочь богатых родителей, от которой исходила дикая неприязнь. Все, о чем мне рассказывал отец, когда я учился в средней школе, оказалось правдой.
Помню, как впервые увидел ее. Дерзкую, наглую мажорку, дочь богатых родителей, от которой исходила дикая неприязнь. Все, о чем мне рассказывал отец, когда я учился в средней школе, оказалось правдой.
Вряд ли она знала что-то обо мне. Не думаю, что Гранд из тех сумасшедших, кто посвящает детей в личные дела. Так и оказалось – меня она не узнала, хотя я знал о ней практически с рождения. Главное, чтобы Гранд не догадался ни о чем. Он не глупец, слишком хитер и бдителен. Хотя моему дяде он доверил свою семью в трудные времена, что очень удивительно.
Вряд ли она знала что-то обо мне. Не думаю, что Гранд из тех сумасшедших, кто посвящает детей в личные дела. Так и оказалось – меня она не узнала, хотя я знал о ней практически с рождения. Главное, чтобы Гранд не догадался ни о чем. Он не глупец, слишком хитер и бдителен. Хотя моему дяде он доверил свою семью в трудные времена, что очень удивительно.
Следи за мажоркой, думай, как она того желает, будь ее опорой, чтобы она доверилась тебе. Вот что мне твердили большую часть жизни, готовили, делали все, чтобы мой мозг был запрограммирован на эту наглую девчонку.
Следи за мажоркой, думай, как она того желает, будь ее опорой, чтобы она доверилась тебе. Вот что мне твердили большую часть жизни, готовили, делали все, чтобы мой мозг был запрограммирован на эту наглую девчонку.
Наглую и чересчур наивную. Об этом, кажется, умолчали, когда готовили меня и собирали досье. Конечно, она совсем ребенок, всего четырнадцать. У нас не такая большая разница в возрасте, но все же весомая, восемь лет. Казалось, при первой встрече я поладил бы с ней, нашел общий язык, но не думал, что это будет так трудно.