— Поспорим, — подстегиваю ее в ответ. На что она делает волну, проминаясь по всей обнаженной поверхности. Ногтями пробегается по затылку. Ширинка уже вплотную давит на стояк, а от этих манипуляций, словно натираешь член о раскаленный метал с зазубринами. Прикусываю ее нижнюю губу, чуть оттягивая. Ева ойкает, тут же отпускаю, — Не играйся, бельчонок. Хочу залюбить тебя… по всем правилам.

— Это как?

— С чувствами, Ева, в открытую, — закрепляю позицию, фокусируясь в голубом зеркале, — Ты — моя безвозвратно.

— Звучит как клятва, — тихо отзывается.

— Она самая, — заверяю ее, не в силах отсоединить обмен взглядами.

Только спустя минуту возвращаюсь к заложенному курсу.

Еще три ступеньки.

Вдох. шаг. поцелуй…

Шаг. поцелуй…вдох…

Замираем, напряжено сталкиваясь глазами.

Ток по венам…. Пульс в виски… Отпускаю…

Раскладываю на кровати, чтобы иметь непосредственно откровенный доступ к обзору. Рассматриваю совершенство розовой плоти с бисеринками сока. Раскрытая, не стесняясь. Во власти такого же голода. Он в ее темных зрачках залит до краев.

Дергаю штаны вместе с трусами. Медленно надвигаюсь, в таком состоянии, это практически подвиг. Затем, оставаясь на вытянутых руках, нависаю сверху.

Нагнетаю между нами, определенно, лирический момент.

Глаза в глаза. Кожа к коже. Тела в унисон. Стабилизируемся в одной точке. Я проникаю. Она забирает.

Провожу ладонью по шее, скуле, упиваюсь очередным поцелуем. Демоны внутри нетерпеливо постанывают, но Еве хочется нежности. По тому как томно двигается, сдерживая резкость моих рывков.

Переворачиваюсь, размещая нас в сидячей позе. Фиксирую ладонь на спине, по линии позвоночника. Стенки с обилием влаги, как кокон, тесно окутывают член. Удовольствие заходит на внутриклеточный уровень. Выкатывая такие дозы эндорфина в кровь, что она от густоты, едва вливается в вены.

Ева поднимается, потом опускается. Скользит, натирая своим шелковым капканом С бурными вздохами грациозно раскачивается. По трепещущим ресницам считываю ту же остроту распирающих эмоций.

Широко распахивает глаза. Меня срывает с катушек, от захлестнувшего наслаждения. Прибиваюсь зубами к тонкой венке на шее, тут же зализываю под звонкий вскрик.

Ева откидывается назад, полностью опираясь на мою поддержку. Влажным маршрутом двигаюсь вниз и со всей дури всасываю розовый сосок. Начинаю, максимально мощной амплитудой, вбиваться в ее тело. Чистый кайф, неразбавленный. Как никогда прежде.