Светлый фон

Тейлор не улыбается, её взгляд холоден и безразличен. Девушка не в первый раз держит в руках оружие, это видно по тому, как она с ним обращается. Мне должно быть страшно, но я никогда не заботился о смерти, и уж точно не последняя из сук остановит меня. Быстрым движением я выхватываю пистолет и выкручиваю ей руку за спину. Она успевает только крикнуть, прежде чем оказывается безоружной.

— Теперь, когда мы прояснили наши позиции, скажи мне, бл*дь, где твой отец, — я улыбаюсь, направляя оружие ей в лицо. Она потирает руку, а затем указывает на коридор справа от себя.

— Он в своём кабинете, придурок, первая дверь справа.

Не теряя времени, я продолжаю держать её на мушке и тащу Бланку за собой, пинком открывая дверь. Внезапный шум привлекает внимание трёх мужчин. Цезарь сидит в кресле, я узнаю его, а другие, полагаю, — члены клана. Теперь на меня направлены два пистолета, но это не мешает мне войти в комнату.

— Цезарь Кортес, наконец-то лично знакомлюсь с тобой, — я начинаю, прислонив ствол 22-го калибра к виску Бланки. От страха она задыхается, но молчит.

— Парни, опустите оружие, оно не потребуется, — спокойно приказывает Кортес.

Он встаёт со своего места, застёгивает пиджак и направляется к нам.

— Я ждал тебя, Дамиан. Не нужно быть агрессивным, никто не хочет причинить тебе боль.

Кого он обманывает? Я знаю таких людей, как он. Кортес пытается заставить меня ослабить бдительность, просто чтобы поиграть со мной. Я продолжаю держать пистолет у виска Бланки. Она дрожит.

— Ты ловко протащил свою дочь в мою жизнь, чтобы украсть у меня информацию. Очень умно, — говорю я, переводя взгляд на двух мужчин рядом с ним.

— Парни, можете идти, вы мне не нужны.

— Цезарь, у него пистолет, — напоминает ему один из них.

— Он не причинит мне вреда, не волнуйся.

«Какая жалкая самоуверенность». Двое мужчин недоумённо смотрят друг на друга, а затем выходят из комнаты, закрывая дверь.

«Какая жалкая самоуверенность».

— Итак, Дамиан, теперь, когда перед тобой безоружный человек, как ты смотришь на то, чтобы опустить оружие и поговорить?

«Я не хочу разговаривать, твою мать. Я слишком зол для этого».

«Я не хочу разговаривать, твою мать. Я слишком зол для этого»

— Дамиан, это не то, что ты думаешь. Умоляю, поверь мне, — просит Бланка, сгорбив плечи.

Я не смотрю на неё, мой взгляд прикован к мужчине передо мной.