— В любом случае, мне кажется, я знаю, почему Палома вышла за него замуж, — говорю, приближаясь к нему, — бабушка умерла, как и твоя сестра. Тебе было всего 18, а мама была моей ровесницей. Было бы невозможно управлять «Paraíso» и одновременно присматривать за Ларой, которой в то время, напомню, было всего два года. Палома просто пыталась найти решение, не вини её, — я пытаюсь объяснить, продолжая смотреть на море.

— Я уже знал, что значит работать, Бланка, — раздражённо возражает он.

— Не думаю, что сейчас время для самосуда, согласен? — вздыхаю я.

— Ты права, я просто не могу смириться с фактом, что она ушла навсегда. Ей не следовало идти к Джулиану одной, я сказал подождать меня, — бормочет он, бросая камень в воду.

«Придёт время, и уже никто не сможет позволить себе указывать нам, что делать».

Вспоминаю её слова и понимаю, что мама, по крайней мере, умерла свободной женщиной.

— Габриэль, твоя сестра не могла выбирать, как жить, но она решила умереть, пытаясь спасти меня. Она дважды подарила мне жизнь, и я не намерена тратить её впустую. И ты тоже не должен. Бесполезно думать о том, что могло бы произойти, если бы всё пошло по-другому. Сейчас самое время смотреть вперёд.

— Поэтому ты решила уехать? — спрашивает он, пожимая мне руку.

— И да, и нет. Я говорила тебе раньше, что хочу уехать в Майами. Просто придерживаюсь своих планов, почему бы и тебе не рвануть со мной? Давай вместе начнём сначала.

Предлагая, я могу представить себе его реакцию.

— Не-а, а кто позаботится о «Placita»? — отвечает он, улыбаясь.

«Он никогда не покинет эту проклятую дыру, если дядя снова спросит меня, откуда у меня такое упрямство, я буду знать, что ответить».

Я понимаю, что солнце уже полностью зашло, как и моя семья.

Тейлор похоронена в семейной часовне вместе с Цезарем. Они заслуживают общества друг друга, и никто никогда больше не потревожит их; будут гнить в одиночестве.

— Пора прощаться с Паломой, — говорит Габриэль, отвлекая меня от этой назойливой мысли.

Я поднимаю стоящую у ног урну, открываю и бросаю содержимое в море:

— Возрождайся свободной Палома Наварро Кортес. Отныне я буду такой! — восклицаю я сквозь слёзы.

Ветер заставляет пепел танцевать, а затем сопровождает его среди волн. Глаза Габриэля увлажняются, и он, прокашлявшись, маскирует всхлип и молча направляется вглубь острова. Я следую за ним на расстоянии. Прогулка до парковки позволяет нам обоим прийти в себя.