Пять минут седьмого... Нехорошо девочкам-отличницам опаздывать на встречу. Зазвонил телефон. Блин, не хочу ни с кем разговаривать, сейчас мои мысли полностью сосредоточены на предстоящем разговоре с Андалузской розой. Странно, телефон высветил, что на связи Лазарев Николай Алексеевич – отец моей второй бывшей жены и одновременно родитель любимой женщины. Чудны дела твои, господи, его звонка я никак не ожидал. Под ложечкой засосало, а что, если ты зря ждешь? Что, если Таня не придет сегодня?! Может, именно поэтому звонит мой второй тесть?!

– Да, – хмуро ответил я.

– Добрый день.

– Уже вечер, – меня нельзя назвать любезным.

– Александр Иванович, в общем… – мужчина в трубке мобильного телефона замолчал, засопел.

Уныние стало распространяться по телу. Точно, Таня Лазарева не придет, а мне, видимо, придется сейчас выслушать новую порцию оскорблений, дескать, негодяй такой, вздумал заманить мою девочку в ловушку.

– Я хотел извиниться… – невнятно пробурчал Николай Алексеевич.

– Что?! – в моем голосе явственно звучало ничем не прикрытое изумление.

– Я был несправедлив к тебе… Думаю, ты не такой уж плохой парень. Наверное, родительская ревность меня ослепила, в общем, у тебя не было шансов мне понравиться. Кроме того, чего скрывать, богатые люди всегда вызывали во мне неприязнь. Ну и самое главное, тогда я еще не знал, какой коварной может быть моя младшая дочь, все считал ее маленькой голубоглазой дурочкой.

– А теперь знаете?!

– Догадываюсь. Не буду рассказывать, при каких обстоятельствах догадался, слишком противно вспоминать. Но что-то мне подсказывает, в этой истории ты далеко не главный мерзавец…

– В этой истории мне была отведена роль главного олуха, – закончил я за бывшего тестя.

– Ты еще не знаешь, каким олухом оказался я, – в голосе Николая Алексеевича была грусть, даже более того – не зажившая душевная рана.

Кажется, что-то серьезное произошло в семействе Лазаревых?

– Что такое сделала Юля? – не смог сдержать своего любопытства я.

– Не важно. И не Юля, а… неважно, – опять повторил Николай Алексеевич.– Хотел о другом с тобой поговорить. Скоро к тебе Танюшка придет, так вот, если любишь ее, держи, не отпускай, даже если будет вырываться. Дочке сложно переступить через себя, характер у нее такой, мой, но она тебя любит, я это сразу понял, как только увидел вас вместе. Возможно, именно с этим фактом была связана моя неприязнь к тебе, трудно осознавать, что теперь не я, а ты для нее самый важный мужчина на свете.

– Именно так я и собираюсь действовать, Николай Алексеевич.

– И кстати, если ты в самом деле намерен помочь с поисками Юльки, позвони мне потом, есть одно предположение, где она может быть.