Он опять посмел озвучить правду. Все так… я, наверно, себя обманывала, мы все рады были обманываться, не желая понимать, что Юлька выросла далеко не той хорошей доброй девочкой, которой нам бы хотелось ее видеть. И на лжи мы ее неоднократно ловили: папа, мама и я. А ее высказывания о жизни, разве они не выдавали в ней корыстную и жадную особу? Так почему мы все считали, что она только шутит?! Сколько раз в словах сестры мелькали зависть и желание меня задеть, даже более того, сделать больно. Но я опять-таки думала, что она только дурачится, по-сестрински беззлобно меня дразнит. А Жоржик?! Он ведь никому из нашей семьи не нравился, уж слишком нагло и развязно себя вел. Так почему мы не забили тревогу, позволили им общаться? С какой стати поверили Юлькиным словам, что Игорь классный парень из очень хорошей семьи? Мама, работающая в универе, разве показатель благополучия?! Да и что вообще показатель?! У нас тоже во всех отношениях благополучная семья… была.

Все эти мысли тяжелыми жерновами вертелись в моей голове, а я, мечтая избавиться, убежать от боли, продолжала плакать и вырываться из шуваловских объятий. Только Алекс держал крепко… постепенно оттаскивая от двери и приближая меня к своему телу. Теперь я плакала на широкой мужской груди, краем уха улавливая учащенный ритм его сердца.

– П-почему ты не сказал мне раньше?! – злилась, продолжая вырываться, я. Казалось, если удастся выбраться из этого офиса, то мне станет легче.

– По многим причинам, Танюша, – спокойно отвечал Шувалов, несмотря на все еще бушующую фурию в своих руках. – Во-первых, я сам далеко не сразу все понял, Юля мастерски лжет, мастерски притворяется. Прости, милая, я, хренов продуманный бизнесмен, допустил преступную близорукость. Она обвела меня вокруг пальца. Просто понимаешь, внешне все выглядело довольно благопристойно: Юля посещала университет, изредка бывала у подружки, но вечера, по моему настоянию, всегда проводила дома. Я не чувствовал от нее запаха алкоголя или никотина, ее бессонницу, плохой аппетит и перепады настроения, если честно, списывал на беременность. Она не звонила парням, они ей тоже… – мужские губы опять грустно ухмыльнулись. – Юле не откажешь в хитрости, все общение велось или в институте, или через верную подружку Алинку. Кстати, в обширной видеотеке Игоря Карнаухова есть даже записи лесби-шоу в исполнении двух подружек. Вот какая раскрепощенная, помешанная на сексе девочка твоя сестра. Когда я установил за ней прослушку, у меня волосы на голове зашевелились. Голубоглазка ничем не брезговала… по первому требованию трахалась с Жоржиком в университетских сортирах. И конечно же, на квартире у подружки они совсем не уроками занимались, не болтали о своем о девичьем, как, наивный, полагал я, а устраивали групповые оргии под наркотой.