Гранадос, поднявшись со стула, стал медленно расхаживать по мастерской, разминая затекшие от долгого сидения ноги.

— А вы меня не обманываете?

Лорена едва не вспылила — как это он, грязный фальшивомонетчик, может обращаться с подобными вопросами к ней, наследнице благородной фамилии!.. Разве дель Вильяр может обмануть кого-нибудь? Пусть даже и такого гнусного уголовника, как этот… Однако в самый последний момент Лорена необыкновенным усилием воли сдержала свой гневный порыв,

— Нет, дон Мигель, — медленно произнесла она, — нет, я вас не обманываю…

Гранадос, словно поняв, какую оплошность, какую нетактичность он допустил, задав подобный вопрос, извинительно улыбнулся.

— Простите меня за столь прямолинейный вопрос, сеньора Альбенис, — произнес он, — однако дело, которое вы затеяли… в общем, понимаете, это дело достаточно специфическое и щекотливое… Вы, конечно же, согласны со мной, донна Хуанита?

Лорене ничего другого не оставалось, как согласиться.

— Да, конечно же…

Гранадос продолжал:

— Да, очень специфическое… — походив еще немного, он вновь уселся на свое место. — И вот еще что мне хотелось бы узнать…

«Не много ли этот грязный уголовник берет на себя? — Спросила сама себя дель Вильяр и тут же сама себе и ответила: — Много, очень много… Что-то много ему надо знать обо мне… Когда я управлюсь с этими выродками Лопесами, и у меня на руках будут все необходимые документы, надо будет избавиться от него… Обязательно избавиться, пока он жив, я буду в опасности… Нельзя этого допускать, нельзя…»

— Что вас интересует?.. — Спросила Лорена очень холодно, почти враждебно.

Гранадос поспешил разрядить начавшуюся было накаляться атмосферу, он неожиданно произнес:

— Да, совсем вылетело из головы… Вы ведь моя гостья, донна Хуанита, вы моя дорогая гостья… особенно, — он подмигнул Лорене, — особенно, если учесть, сколько я на ваших заказах заработаю. — Посмотрев на часы, Гранадос объяснил: — Мы тут с нами беседуем уже более часа, а я еще не предложил вам кофе… Вы, конечно же, не откажетесь от чашечки?..

«Черт бы побрал это гнусное простонародье с их идиотским гостеприимством, — выругалась в мыслях Лорена, — сколько можно…»

— Хорошо, — согласилась она с Гранадосом и, натянуто улыбнувшись, продолжала: — Да, я была бы вам очень благодарна за чашку крепкого кофе… Вы, дон Мигель, очень гостеприимны… Отменное качество — особенно в наше тяжелое и циничное время…

Гранадос засуетился у столика.

— Вам простой? Двойной? С сахаром? Без сахара? — Затараторил он скороговоркой.

— Если можно — крепкий, но без сахара, — попросила Лорена.