Мы располагаемся с Максим на верхней палубе, доставая из шкафа раскладные кресла, и наслаждаемся покоем, которого так мало последнее время. Словно мы не гражданская пара, а какие-нибудь оперативные сотрудники спецподразделения, у которых что ни день, то особое задание, связанное с большим риском. Мажорка снова курит, задумчиво выпуская в небо струйки дыма. Теперь пасмурно, солнышко скрылось за тучами, собирается дождь. Всё вокруг становится смурным, как и наши дела.

– Максим, тебе не кажется, что мы снова оказались в тупике? – спрашиваю её.

– Не кажется, – отвечает она. – Так и есть. Вернулись к тому же, что было сутки назад.

– Как быть дальше?

– Пока не знаю.

Я молчу, но все-таки задаю вопрос, который меня интересует.

– Скажи, а твой отчим, Альберт Романович, о котором ты говорила, что он сибарит. Ну, с девушками любит развлекаться. Почему он тебе… то есть нам не помогает? Ты ему не родная дочь, конечно, но все-таки вы столько прожили вместе. Он тебя воспитывал.

– Трудно назвать это воспитанием, – отвечает Максим. – Скорее, он не мешал. Я делала всё, что захочу, а когда выходила за рамки, вмешивалась мама. Вот для неё было важно – думать, каким человеком я вырасту. Альберт Романович, в отличие от неё, всегда делал лишь одно – давал деньги.

– Оттуда у тебя та заначка в квартире?

– Отчим. Он давал всегда больше, чем я прошу, а поскольку я не знала, куда тратить столько, то откладывала. Вот, пригодилось.

– Это он так себя вел, потому что ты ему не родная?

– Скорее, потому что ему вообще на всех наплевать, кроме самого себя.

– Как же твоя мама замуж за него вышла?

Максим пожимает плечами.

– Женская душа – потёмки. Случай с Лизой тебя не убедил в этом? Да и со мной тоже.

– С тобой?

– Ну разве я могла подумать, что влюблюсь в домашнего мальчика? – она улыбнулась, а у меня горячая волна по телу прошла от её слов. Она сказала «влюблюсь»!

– Да уж, – вынужден я согласиться, ощущая дрожь. Решил сменить тему. – Скажи, а вот те девушки, с которыми развлекается твой отец, они кто? Элитные проститутки? Или, может, просто дамы, желающие развлечься с миллионером? – спрашиваю, пытаясь отыскать в поведении Альберта Романовича хоть какой-нибудь мотив.

– Почему тебя это так интересует?

– Ты прости, конечно. Но… вдруг какая-то девушка решила ему отомстить? Например, он её пригласил, переспал, она забеременела и получила жёсткий отказ. Мол, делай что хочешь, рожай или аборт, мне плевать. Видеть тебя больше не хочу и всё такое. Разве не мотив для мести?