– Прямо сейчас, естественно, – улыбается Максим. – Только на этот раз мы пойдем на яхте. А то у меня от вёсел мозоли. Боюсь, придется слишком долго грести.

– Могли и в прошлый раз, – замечаю я.

– Куда бы мы пришли ночью?

– Можно было днём.

– Мы разве не торопимся? – удивляется Максим.

– Да, но…

– Чем быстрее мы разрешим эту ситуацию, тем лучше. И чем дольше она станет развиваться, тем меньше у нас шансов на выживание. Прежде киллеры опережали нас, теперь настала наша очередь делать удары на упреждение. Возможно, эта поездка ничего не даст, но попробовать стоит, – убежденно говорит мажорка. Я согласен.

– Куда же мы пойдем?

– Есть тут неподалеку, в десяти километрах, село Фёдоровское. Доберемся до него, бросим якорь на траверзе, на большой воде…

– На чем?

– Траверз – линия, перпендикулярная курсу судна. Напротив, проще говоря, – терпеливо восполняет Максим пробелы в моем образовании. – До села доплывем на лодке, а оттуда на такси или попутке до Москвы, ну а дальше до пункта назначения.

– А если отчим твой там уже побывал, увидел следы пуль, стреляные гильзы и вызвал полицию?

– Едва ли он так поступит, – загадочно произносит мажорка. – У него не слишком гладкие отношения с правоохранительной системой. Я не знаю подробностей, но могу только сказать: копы – последние, кого позовет Альберт Романович, даже если у него над головой снаряды начнут рваться.

Максим идет на капитанский мостик, занимает своё место у штурвала. Я отправляюсь к японцам – сообщить нашу новую идею. По большому счету, этого можно и не делать. Они свою работу почти выполнили, а здесь, на водохранилище, нам телохранители, по большому счету, не нужны. Я обнаруживаю их увлеченно читающими что-то в интернете. По-японски я ни слова, потому интересуюсь по-русски, что такого они увидели.

– Это информация о состоянии здоровья вашего отца, Кирилла Андреевича, – говорит Сэдэо.

– Что с ним?!

– Тут написано, вышел из комы, поправляется, – отвечает японец. Я выдыхаю с облегчением. Хоть одна хорошая новость. Поспешу сказать об этом Максим, но прежде сообщаю японцам о нашем плане. Всё тот же Сэдэо говорит, что поедет с нами.

– А как же ваш коллега?

– С ним всё в порядке. Кризис миновал, он поправляется. Присмотрит за яхтой, – слышу в ответ.

– Да, я сделаю, – хрипло говорит Горо. Мертвенная бледность с его лица спала, он хотя и слаб по-прежнему, но антибиотики делают свою работу, телохранителю заметно лучше. Благо, пуля прошла навылет и не задела ни кость, ни крупных сосудов или нервных окончаний.