— Пока, — улыбнулась я Тони, чмокнув его в щёку.

— До завтра.

Я выбежала из его машины, улыбаясь брату, и быстрым шагом идя к нему, чтобы обнять.

— Приве-ет, — накинулась я на него.

— Ты с ним? — смотря вслед полицейской машине, спросил Брэдли, слегка приобнимая меня.

— Четвёртый день уже, — улыбнулась я.

— Он ведь точно нормальный? — насторожился брат.

— Ты можешь не сомневаться в нём.

— Как думаешь, что скажет отец?

— Он ведь не узнает? — спросила я у него, улыбаясь по-прежнему ясной улыбкой.

Брэдли сделал вид, что размышляет над тем, стоит ли посвящать родителей в мою новую историю любви.

— Ну Брэ-эдли, — ткнула я его в плечо.

— Если что, — сказал он. — Ты знаешь к кому обратиться, — показал он на себя.

Я улыбнулась, и мы зашли в дом, где уже пахло запечённым пирогом с тремя видами капусты, жареными кабачками и оладушками с сырным соусом.

— Быстрее, садитесь за стол, — сказала мама. — Я даже от сюда слышу, как урчат ваши животы.

Первым к столу подбежал папа. Сегодня у него был тот редкий выходной, который он собирался провести перед телевизором, но по старой традиции, снова заставил себя сесть перед столом, собирая очередные улики и доказательства, которые могут помочь делу.

— Что нового в институте, Брэд? — спросила мама.

— Ко мне клеится одна девчонка, — ответил брат, разжёвывая пирог с капустой.

— Да? Здорово, я думаю, тебе уже пора задумываться о девушке.

— Ага, может ещё и о ребёнке подумать?