За считаные секунды Фил оказался рядом с ним, схватив его за рубашку.

— А тебе не бывает стыдно, когда ты пристаёшь к людям с тупыми вопросами, — спросил он со злостью в голосе.

Я увидела, как он замахнулся на него.

— Фил, — громко сказала я, оттаскивая его за плечо. — У нас урок, пойдём.

Он не хотел его отпускать, но всё же сделал это, чтобы не вляпаться в очередные трудности. Мы оставили испуганного девятиклассника возле школьных шкафчиков.

— Как ты держишься? — спросил Фил.

— Ты о чём?

— Эти люди, должно быть, просто ужасно задевают тебя.

— Да, — нехотя ответила я. — Но я уже начинаю привыкать.

— Не надо, — попросил он. — Если кто-то ещё скажет тебе подобное, расскажешь мне, ладно?

— За меня не надо заступаться, — открывая дверь актового зала, уточнила я. — Я совсем справляюсь сама.

— Такое ощущение, что ты всё ещё обижаешься из-за весеннего бала.

— Я уже забыла об этом.

Мы пошли по рядам, к тому месту, где уже сидел Кевин. Среди нас троих он единственный был готов представить свой проект. Мы же с Филом были здесь для того, чтобы ещё раз обсудить свои обиды.

— Тогда в случае чего, скажешь мне? — Сказал Фил.

— Хорошо, — наступив кому-то на ногу, пообещала я. — Но и тебе не стоит делать это только из-за чувства вины.

— Я не из-за этого.

— А из-за чего?

Фил немного помедлил, пока мы дошли до предпоследнего ряда, на котором сидел Кевин. Я села посередине, чтобы не было так, как на всех мероприятиях, которые мы посещали втроём: эти двое общались между собой, а я сидела как третья лишняя с краю от них, только иногда вставляя свои фразы.

— Мы же друзья, — объяснил Фил.