— А еще, — посерьезнела Габи, — он все твердит мне про своего «весьма славного» внучка, и я…

Вдруг все вокруг разом затихло и замерло.

— Габи? Гэбс? — забеспокоилась Анна, пытаясь докричаться до подруги. — В чем дело?

— Включай телевизор! Сейчас же включай! «Би-би-си Уан»!

— Но… какое это имеет отношение?..

— Просто включай, Анна!

Анна взяла пульт и нажала кнопку нужного канала. На экране появилось изображение ведущих одного из вечерних развлекательных шоу с репортажами и фрагментами новостей, гостями и иногда живой музыкой. Шло интервью. Одно из тех, что обычно берут у актеров или певцов, их еще обычно снимают не на студии, а в номере какого-нибудь модного, но безымянного отеля.

— Ну и зачем мне было?.. — начала было возмущаться Анна, но не успела договорить — на экране появился интервьюируемый. В объяснениях Габи больше не было нужды…

Это был Броуди.

Это Броуди давал интервью в номере какого-то модного, но безымянного отеля.

Анна беспомощно плюхнулась на стоявший позади диван. Чувство, охватившее ее, было сродни тому, что она испытала при встрече с ним там, в «Осколке», только на этот раз оно больше напоминало падение — словно пол под ногами исчез, и в следующую секунду она должна была сорваться вниз. Какое странное ощущение.

Анна моргнула, будучи не в силах отвести глаз от экрана. Репортерша распаляла любопытство публики заявлениями из разряда: известный детский автор наконец раскроет причины, заставившие его скрываться.

— И вот он вернулся, — подытожила она, — а с ним и Пипа! Я слышала, вы работаете над заключительной частью серии, и, если верить слухам, книга поступит в продажу уже в следующем году.

— Да, и будет продаваться, покуда людям интересно ее читать, — ответил он, и в его взгляде промелькнула едва заметная улыбка.

Анна боялась вдохнуть.

— Еще как интересно, даже не сомневаюсь, — подхватила репортерша.

Прежде Анне всегда нравилась эта девушка, но теперь ее мнение решительно менялось. Она не просто брала у него интервью, она откровенно с ним заигрывала! Да вы только посмотрите, как она откидывает свои волосы…

— Так что же так задержало вас в работе над заключительной частью вашей серии?

— Затянувшийся почти на десять лет творческий кризис, — отвечал он.

— И что же положило ему конец? — тут же поинтересовалась репортерша с задумчивым видом.