— Как скажешь, — он упал на кровать, пока Татьяна рылась в шкафу, выкидывая оттуда лишние вещи, которые пришлись ей не по вкусу. — Что хочешь надеть?

— А имеет какое-то значение?

— Не особо. — Кирилл призадумался и потом сказал: — А надень то платье, под которое ты носишь зелёную водолазку. Или лучше зелёное платье с узорами!

— Почему ты предлагаешь только зелёное? Чтобы сочеталось с моим нынешним цветом лица?

— Нет конечно. Просто мне нравится, как твои волосы сочетаются с зелёным цветом. И глаза сразу ярче становятся. В общем — тебе очень идёт зелёный цвет.

— То есть без зелёной одежды я тебе не нравлюсь?

— Да одежда тут вообще не причём, ты мне и без неё нравишься, — не подумав, ляпнул Трубецкой. На что Татьяна звонко рассмеялась, а парню пришлось оправдываться. — Это совсем не то, что ты подумала. Я другое имел в виду.

— Да поняла я тебя, — девушка достала то самое платье, которое так сильно нравилось Кириллу и бросила его на кровать рядом с парнем. — Отвернись хотя бы ради приличия. Дай одеться. Пусть стесняться мне нечего, но одно дело тебя смущать, а совсем другое красоваться перед тобой голой, когда ты откровенно пялишься. Уж прости, но это приносит определённый дискомфорт.

— Как скажешь. А голову сушить?

— Не переживай, она почти сухая. Мои, как ты их называешь макаронины, быстро сохнут.

— Но мы всё равно их посушим. Не хватало ещё тебе заболеть, — заботливо сказал Трубецкой и уткнулся лицом в подушку.

— Спасибо, — поблагодарила его девушка, пока натягивала на себя одежду.

— Да не за что, — приглушённо ответил Кирилл. — А можно вопрос?

— Можно, Кирилл.

«— Тебе всё можно» — пронеслось у неё в голове.

— Так почему ты плакала? — Таня легонько коснулась его плеча, разрешая поднять голову, когда расправилась с надоедливой молнией на платье. — Это ведь не из-за меня?

— Слишком много на себя берёшь, Трубецкой. Я же не последняя идиотка, чтобы лить из-за тебя слёзы.

— А раньше лила без остановки.

— Время идёт, люди меняются, — она уселась на розовый пуфик, который стоял рядом со столом перед зеркалом, и начала возвращать себя к жизни. — Я просто не могу смириться с реальностью.