Знаете, как это бывает? Когда всё внутри от одного лишь его взгляда замирает. Когда дыхания не хватает при его близости, а сердце бьётся быстрее. Бабочки в животе так высоко взлетают, что щекочут лёгкие. Ты чувствуешь, что всё именно так, как должно быть, и пусть это будет чертовски неправильно. Пускай весь мир и обстоятельства будут настроены против вас, цунами затопит родной город, а он разобьёт вам сердце в тысячный раз. Проблемы будут не измерительно высокими, сил не будет хватать ни на что, а он будет рядом. И лишь одна улыбка, один пронзительный взгляд и обнадёживающее: «иди ко мне», заставят идти дальше.
Именно это я чувствовала, прижимаясь к груди Джеймса, на которой была так привычно тепло и уютно, словно мы знакомы целую вечность. Словно он не говорил всех тех гадостей, которые вонзали кол в душу. Не поступал со мной так, словно я бесчувственная игрушка. Как будто не играл, не заставлял бояться его, терпеть перепады настроения и становится уязвимой. Он властный, самодовольный и наглый засранец. Он не умеет контролировать свои эмоции и вовремя останавливаться. Джеймс слишком заигрался, но и я зашла далеко. Обратного пути не было, я действительно увидела в этом парне то, чего не видят, порой, остальные. То, что он скрывает за маской плохого парня, жестоких игр с окружающими и властными замашками.
Я больше не боялась своих чувств к сводному. Я боялась себя и того, какие последствия могут быть от моей влюблённости.
— Эрика, — его тяжелый голос заставил меня дрогнуть. Нежное касание ладони Джеймса. Надежный пронзительный взгляд, который обещал…просто быть рядом. — Посмотри на меня.
Всего два слова. Не приказ. Из его уст в этот раз это звучало, как просьба.
— Не надо, — прошептала я. Всё происходило слишком быстро и фантастически хорошо, чтобы быть реальностью. — Пусть всё будет так, как есть. Давай просто наслаждаться моментом. Для меня это действительно важно.
Не передать словами, как сильно я дорожила тем моментом. Как слабо верила в происходящее. И с каким страхом я провожала тот вечер, боясь, что на утро всё снова изменится.
Что происходило между нами? Считался ли невинный поцелуй началом чем-то большего? Или для Джеймса это лишь мимолетное влечение, новая игра или продолжение старой?
Как будто в своё подтверждение, после долгого внимательно изучающего моё лицо взгляда, Джеймс, привычно ухмыльнувшись, накрыл мои губы поцелуем. Нежно, не спеша и жадно. В тот момент, он словно утвердил бронь. Показал, что только он вправе касаться моих губ. Оставлял поцелуи на щеках, шее, спускаясь к ключицам и вновь овладевая губами, Джеймс сводил меня с ума. Передавая поцелуем то, что не мог сказать, он убеждал меня в безопасности. Рядом ним я чувствовала её.